Стефан Парахин. Грехопадение царя Давида: как прелюбодеяние лишило Давида разума

Одна из особенностей Священного Писания заключается в том, что его авторы далеко не всегда описывают мысли и чувства людей. Мы не знаем, что побудило Адама послушать Еву и вкусить плодов от дерева познания добра и зла. Автор не говорит, почему Моисей отказывался выводить людей из Египта.

Часто мы пытаемся восполнить эти пробелы — так и рождается значительное количество толкований.

Мастерство толкования

Мастерство толкования зависит от двух факторов.

Первый: умение увидеть «правильный» пробел. Авторы Писания крайне редко описывают внешность людей. Мы ничего не знаем о внешности, например, патриархов Авраама, Исаака и Иакова. Но если мы будем пытаться доказывать, что у Авраама, например, были карие глаза, то скорее всего, это будет бесполезно. Или, если мы попытаемся доказать, что Иаков был левшой, это едва ли принесет какую-то пользу. Таким образом, далеко не всякий пробел нуждается в том, чтобы мы прилагали усилия к его восполнению.

Второй фактор можно свести к правильному пониманию причин пробела и умению его восполнить. Здесь учитываются многие аспекты: является ли толкователь обителью Святого Духа, насколько свято и преподобно он живет, степень его погруженности в текст Писания, знакомство с другими толкованиями, общебогословские знания и в принципе общая эрудированность человека. Конечно, когда мы говорим о мастерстве толкования, то речь идет о верующем христианине. В противном случае, толкование может носить характер простого умственного упражнения.

Пробелы в истории грехопадения царя Давида

Эта статья посвящена тому, как важно находить «правильные» пробелы и их восполнять. Речь пойдет о грехопадении царя Давида: прелюбодеянии с Вирсавией и убийстве Урии Хеттеянина (2 Цар. 11 гл.). Большинству христиан данный текст хорошо знаком. Поэтому мы будем обращать внимание главным образом на те детали, которые часто упускаются из вида.

Дерзость Урии. Первый пробел, который мы попробуем восполнить, сводится к следующему вопросу: когда Урия пришел с поля боя к царю Давиду, знал ли он, что его жена имела интимную связь с царем? Как известно, Вирсавия пришла к царю не по собственному желанию: «Давид послал слуг взять ее» (2 Цар. 11:4).

Давид — второй царь народа Израиля, младший сын Иессея (Иишая) из Вифлеема. По Библии (3 Цар. 2:11) всего царствовал сорок лет: 7 лет и 6 месяцев был царём Иудеи со столицей в Хевроне, затем 33 года — царём объединённого царства двенадцати израильских колен со столицей в Иерусалиме. Основатель правящего дома (Царь Давид. Педро Берругете. XV век)

Но даже если допустить, что слуги не знали, что Давид вступил затем с нею в интимную связь, сам факт того, что Вирсавия после зачатия ребенка не лично сообщает об этом царю, но «послала известить Давида» (2 Цар. 11:5) свидетельствует о том, что это событие стало достоянием общественности. Мы видим, что Урия вполне мог узнать о том, что его жена забеременела от царя Давида.

Есть предположение, что Урия не знал о том, что Давид вступил в интимную связь с Вирсавией. Когда царь спросил его, почему он не пошел домой, Урия ответил ему так:

«Ковчег и Израиль и Иуда находятся в шатрах, и господин мой Иоав и рабы господина моего пребывают в поле, а я вошел бы в дом свой есть и пить и спать со своею женою! Клянусь твоею жизнью и жизнью души твоей, этого я не сделаю» (2 Цар. 11:10-11).

За этими словами можно увидеть преданного воина, который разделяет трудности своих собратьев, даже находясь вдали от них. Мы ожидаем, что если бы Урия знал о прелюбодеянии своей жены с царем, он дал бы знать об этом Давиду. Урия противопоставляется царю, который вместо того, чтобы быть с войском, отдыхает дома.

Но, обратив более пристальное внимание на данный ответ Урии, можно увидеть за ним не только преданного воина. Обратим внимание, что он стоит перед царем и в тоже время называет Иоава своим господином. Более того, даже войско он называет не рабами царя Давида, а «рабами господина моего» т. е. рабами Иоава. Когда Иоав посылает известить Давида о смерти Урии, он однозначно называет Урию рабом Давида (21 ст).

Посланный также называет Урию рабом Давида (24 ст). Но Урия себя таким не считал, по крайней мере в момент разговора с царем. Что это? Неслыханная дерзость? Невиданная наглость? Открытое хамство? Примечательно также, что когда Урия категорически отказывается идти домой, он клянется не жизнью своего господина, но жизнью царя Давида: «Клянусь твоею жизнью и жизнью души твоей, этого я не сделаю».

Ури́я Хеттея́нин — храбрый воин, служивший в войске израильского царя Давида. Видимо, этнический хетт, живший в Ханаане.

Мы начинаем понимать, что Урия не такой простой человек, как кажется на первый взгляд. Что если он действительно знал, что Давид вступил в интимную связь с его женой? В таком случае его ответ приобретает совсем другие краски. Мы видим мужчину, претерпевшего измену своей жены, который стоит перед царем, являющимся инициатором этой измены.

При этом Урия максимально старается выдержать баланс между обиженным мужем и верноподданным воином. Он согласен служить как воин, но отказывается стать соучастником греха царя. В таком случае Урия, как обманутый муж, служит антиподом Давиду, который обманывает, изменяет и совершает прелюбодеяние.

Урия со своим приговором

Помешательство Давида. Обратим внимание на то, что ответ Урии последовал после того, как Давид оказал ему царское угощение и отправил домой. После этого царь просит воина: «Останься здесь и на этот день, а завтра я отпущу тебя» (2 Цар. 11:12).

Допустим, что Урия действительно дает понять Давиду, что он знает о произошедшем и прямо заявляет, что он не будет прикрывать его прелюбодеяние. Как тогда можно объяснить, что Давид снова угощает Урию и пытается сделать так, чтобы тот пошел домой? Царь не заметил дерзости своего воина-подчиненного? Не увидел достоинства мужа Вирсавии? Вполне вероятно.

Вирса́вия — дочь Елиама, вдова Урии Хеттеянина, жена царя Давида и мать царя Соломона.

Из дальнейших событий мы видим, что Давид теряет возможность здраво размышлять и оценивать происходящие события:

«Поутру Давид написал письмо к Иоаву и послал его с Уриею. В письме он написал так: поставьте Урию там, где будет самое сильное сражение, и отступите от него, чтоб он был поражен и умер» (2 Цар. 11:14-15).

Давид передает письмо Урии

Чтобы осуществить этот план, необходимо было оповестить группу воинов, которые сражались вместе с Урией, что в момент нападения они должны оставить его одного на верную смерть — то есть, толкнуть их на измену. Не будем забывать, что Урия был не простым воином, а одним из тридцати семи военачальников царя Давида (2 Цар. 23:29). Получив такие указания, воины поняли, что завтра на месте Урии может быть кто-то из них.

Итак, знал ли Урия о прелюбодеянии? Доподлинно это не известно. Но автор священного текста записал его ответ таким образом, что за ним можно увидеть оба варианта. Вполне вероятно, что автор сделал это специально, чтобы достичь максимального эффекта.

Мы видим, что Урия, преданный муж и воин, обличает неверного во всех отношениях Давида. Если бы автор Писания сообщил нам, знал ли Урия об измене жены или не знал, мы бы смогли упустить полноту эффекта, который присутствует благодаря недосказанности.

Вкратце: Одна из особенностей Священного Писания заключается в том, что авторы редко описывают мысли и чувства людей. Часто мы пытаемся восполнить эти пробелы, создавая различные толкования. Мастерство толкования зависит от двух факторов: умения видеть правильные пробелы и правильного понимания причин пробелов.

Пробелы в истории царя Давида касаются прелюбодеяния с Вирсавией и убийства Урии. Большинство христиан знакомы с этим текстом. Однако есть детали, которые часто упускаются из виду. Например, вопрос о том, знал ли Урия о связи своей жены с царем, когда пришел к нему. Проанализировав текст Писания, мы пришли к выводу, что автор намеренно использует недосказанность, чтобы усилить противопоставление верного Урии и неверного Давида.

Юлиус Шнорр фон Карольсфельд, «Сокрушение Давида»

Разбирая историю грехопадения царя Давида (2 Цар. 11гл.), мы отметили особенности отношений между Давидом и Урией и остановились на том, что Давид приказывает Иоаву убить Урию. Мы отметили, что план царя свидетельствует о том, что его ум помрачился и он утратил способность трезво смотреть на происходящие события.

Вирсавия: искусительница или невинная жертва?

Обман Иоава

Когда мы читаем, как Иоав исполнял приказ Давида, то понимаем: военачальник ослушался царя:

«Посему, когда Иоав осаждал город, то поставил он Урию на таком месте, о котором знал, что там храбрые люди. И вышли люди из города и сразились с Иоавом, и пало несколько из народа, из слуг Давидовых; был убит также и Урия Хеттеянин» (2 Цар. 11:16-17).

Иоав делает так, чтобы смерть Урии выглядела не результатом предательства, а случайностью: он просто ставит воина в горячую точку. Вместе с Урией погибли и другие воины.

Иоав — библейский полководец царя Давида, Сын сестры Давида, Саруии

Почему Иоав поступает по-своему и не прямо исполняет приказ Давида? С одной стороны, все очевидно: как опытный военачальник он быстро заметил промах царя и соответственно исправил его. С другой стороны, когда мы читаем о том, как он повелевает известить Давида о происшедшем событии, то понимаем: Иоав не такой простой человек, как это может показаться на первый взгляд. Чего же хотел Иоав? Обратимся к тексту о том, как военачальник повелевает известить царя о происшедшем:

«И послал Иоав донести Давиду о всем ходе сражения. И приказал посланному, говоря: когда ты расскажешь царю о всем ходе сражения и увидишь, что царь разгневается и скажет тебе: «зачем вы так близко подходили к городу сражаться? разве вы не знали, что со стены будут бросать на вас? Кто убил Авимелеха, сына Иероваалова? не женщина ли бросила на него со стены обломок жернова, и он умер в Тевеце? Зачем же вы близко подходили к стене?» тогда ты скажи: и раб твой Урия Хеттеянин также умер» (2 Цар. 11:18-21).

1) Бросается в глаза то, что Иоав явно не пытается избежать проблем. Вместо того, чтобы сразу рассказать о смерти Урии, военачальник предлагает пересказать весь ход сражения.

2) Иоав в подробностях продумывает будущий ответ Давида. Это наводит на мысль о военачальнике, который изображает царя, выразительно имитируя интонации и манеру речи царской особы в гневе.

В рамках этой статьи мы не будем вдаваться в подробности, почему Иоав вкладывает в уста Давида историю про смерть Авимелеха. Здесь лишь обратим внимание на то, что военачальник предугадывает реакцию царя (как известно из последующего рассказа, Давид отреагировал вовсе не так, как это изображал Иоав). Зачем все это понадобилось Иоаву?

Иоав против Давида

Первостепенно отметим, что отношения между Давидом и Иоавом едва ли были хорошими. Военачальник подло убил людей, которые были дороги царю: Авенира (2 Цар. 3 гл.) и Авессалома (4 Цар. 18 гл.). После смерти Авенира Давид, осознавая, что он зависит от Иоава, тем не менее дерзнул открыто озвучить свое несогласие с военачальником:

«И сказал царь слугам своим: знаете ли, что вождь и великий муж пал в этот день в Израиле? Я теперь еще слаб, хотя и помазан на царство, а эти люди, сыновья Саруи (имеется в виду Иоав), сильнее меня; пусть же воздаст Господь делающему злое по злобе его!» (2 Цар. 3:38-39)

Можно предположить, что Иоав был опытнейшим стратегом своего времени (не зря Давид поставил его начальником над всем войском). Примечательно, что среди других военачальников царя Давида были очень достойные люди: «Исбосеф Ахаманитянин, главный из трех; он поднял копье свое на восемьсот человек и поразил их в один раз» (2 Цар. 23:8).

Войско Давида

Другой, «Елеазар, сын Додо…Израильтяне вышли против них, и он стал и поражал Филистимлян до того, что рука его утомилась и прилипла к мечу. И даровал Господь в тот день великую победу, и народ последовал за ним для того только, чтоб обирать убитых». (2 Цар. 23:9-10). Иоав был начальником в том числе и над такими достойнейшими людьми. Вполне возможно, что в Давиде Иоав видел достойного соперника. Осознавая, что царем ему не стать, военачальник просто пытался показать свое превосходство над Давидом.

Возвращаясь к истории, когда Иоав отправляет посыльного известить Давида о смерти Урии, можно предположить, что реакцию Давида он разыграл, чтобы таким образом показать свое превосходство над Давидом: мол, мои поступки так легко могут вывести Давида из себя.

Мы не знаем, с какое интонацией, мимикой и жестами Иоав имитировал реакцию Давида. Но вполне возможно, что он изобразил беспомощность, возможно даже истерику царя.

Здесь также стоит отметить, что Иоав хоть и не напрямую, но все же послушался царя и, по факту, отдал часть воинов (в их числе Урию) на верную смерть. Почему он на это пошел? Это также можно объяснить его холодным стратегическим умом военачальника.

Он готов был использовать и такой случай, чтобы продемонстрировать Давиду свое превосходство в стратегическом мышлении — если бы он последовал плану Давида, воины бы поняли, что на месте Урии может оказаться любой из них. В любом случае, тот факт, что Иоав отдает часть воинов на смерть царя, исполняя приказ царя, едва ли выставляет его в хорошем свете с точки зрения христианской морали.

Три рассказа о смерти Урии

Когда мы читаем, как посланник по приказу Иоава известил царя, мы понимаем, что он не совсем слушается военачальника и излагает свой вариант:

«Тогда посланный сказал Давиду: одолевали нас те люди и вышли к нам в поле, и мы преследовали их до входа в ворота; тогда стреляли стрелки со стены на рабов твоих, и умерли некоторые из рабов царя; умер также и раб твой Урия Хеттеянин» (2 Цар. 11:23-24).

Таким образом мы имеем три варианта повествования о том, как произошло сражение, в ходе которого был убит Урия. Первый — вариант самого автора Писания (2 Цар. 11:16-17); второй — вариант Иоава (2 Цар. 11:18-21), и третий — вариант его посланца (2 Цар. 11:23-24). Сравнивая их, мы находим отличия, которые заслуживают отдельного внимания.

В рассказе посланца стрелки убили Урию в ходе того, как войско Иоава (в числе которых был Урия) преследовало врага до ворот осаждаемого города. В рассказе автора Писания враг вышел из города, сразился с войсками Иоава и в ходе этого был убит Урия.

Можно предположить, что посланец стремится сделать смерть Урии максимально случайной (никто не застрахован от стрелков) и в то же время оправданной (войска взяли вверх над врагом и в погоне за победой сильно приблизились к городу). Посланец делает все, чтобы не выводить Давида из себя. Он понимает, что едва ли стоит гневить царя (в противовес сказанному Иоавом).

Помешательство Давида

Читая о реакции царя Давида на известие посланца, мы едва ли сможем остаться равнодушными:

«Тогда сказал Давид посланному: так скажи Иоаву: «пусть не смущает тебя это дело, ибо меч поядает иногда того, иногда сего; усиль войну твою против города и разрушь его». Так ободри его» (2 Цар. 11:25).

Здесь можно увидеть всю глубину помрачения Давида. С одной стороны, он старается передать свою речь так, чтобы посланец не понял сути происходящего между царем и военачальником. Но царь сам не понимает сути происходящего: он не знает, о том, что военачальник намеренно изменил его план, чтобы высмеять его безрассудную стратегию.

Он ждал известий о том, что Иоав выполнил его приказ: убить одного Урию. И когда он услышал, что у военачальника «плохо получилось исполнить приказ» (вместо смерти одного Урии он допустил смерть и других воинов), царь решил ободрить своего военачальника.

Примечательно, что автор Писания не сообщает, как протекали события дальше: посланец отреагировал на слова Давида, как он вернулся к Иоаву, как они захватили город… Но мы, читатели, осознающие всю мрачность происходящих событий, понимаем одно: Давид, вместо того, чтобы предаться горю и скорби о смерти своих преданных воинов (как он это делал раньше и будет делать в случае смерти Авессалома), желает ободрить Иоава.

Царь Давид

Вместо того, чтобы предаться гневу на военачальника, который «плохо» выполнил приказ, Давид ободряет того, кто, исправляя недочет в царскому приказе, отдает на смерть своих воинов.

Любой грех помрачает ум. Вот почему нельзя думать: согрешу, а потом покаюсь. Мы не знаем, что будет после того, как мы согрешим. Скорее всего, Давид тоже оправдывал свое желание отдаться похоти.

Возможно, он тоже считал, что потом покается и все будет хорошо. Едва ли он думал о том, что потом он убьет Урию и у него умрет первенец от Вирсавии. Он делал все, чтобы про его грех узнало как можно меньше людей. И это привело лишь к тому, что про его грех узнали все.

Давид и Вирсавия

Грех никогда не стоит того, чтобы его совершить. Перефразируя апостола Павла, можно свести один из девизов христианина к следующему: «Умру, но не согрешу!» (Евр. 12:4) Не будем забывать, что сегодняшняя «мелкая праздность» может привести к рассаднику бесчисленных и постыдных страстей.

Например, сегодняшнее празднословие может стать постыдной клеветой и сплетничеством. А когда согрешим, будем тотчас исповедовать свой грех, сокрушаясь и по возможности оплакивая соделанное. Ведь соделанный грех помрачает наш ум и растлевает душу.

А здравие разума и души после соделанного греха восстанавливает только искреннее исповедание, сокрушение, переосмысление и изменение. Пусть Господь поможет нам никогда не оправдывать согласие на грех, а действительно сражаться против греха, вплоть до пролития крови! (Евр. 12:4)1

Вкратце: Иоав обманул Давида, поставив Урию в опасное место, где тот погиб вместе с другими воинами. Иоав, вероятно, хотел исправить ошибку царя и избежать дальнейших проблем. Кроме того, он использовал этот повод, чтобы продемонстрировать свое превосходство над Давидом: отношения между ними были сложными и напряженными.

Вместо того, чтобы оплакивать напрасную гибель множества воинов, Давид думает лишь об удавшемся убийстве Урии. Это показывает, как глубоко грех омрачает разум и служит нам примером. Нельзя думать: согрешу, а потом покаюсь, потому что мы не знаем, что будет после того, как мы согрешим.

Источник 1 и источник 2

Публикация на Тelegra.ph

Подписывайтесь нa наш телеграм-канал @history_eco https://t.me/history_eco

См. еще: