Кая Арутюнян. Амиши: самая консервативная секта США

Вопреки стереотипам, амиши не являются застывшим осколком «старой доброй Америки». Их история началась в Европе, в кипящем котле Реформации. Точкой отсчета стал 1693 год. Молодой швейцарский проповедник Якоб Амман, принадлежавший к движению меннонитов (последователей анабаптистского лидера Менно Симонса), обвинил старших коллег в размывании моральных границ. Камнем преткновения послужила практика «избегания» (Meidung). Амман настаивал на тотальном социальном отлучении любого члена общины, нарушившего каноны, вплоть до запрета на совместную трапезу и супружеское общение. Умеренные меннониты считали это чрезмерной жестокостью.

Раскол был стремительным. Сторонников Аммана стали называть Amische (на немецко-швейцарском диалекте «люди Аммана»), что позже трансформировалось в английское Amish. После десятилетий гонений в Европе (амиши, как и все анабаптисты, отвергали крещение младенцев и отказывались присягать государству), в XVIII веке они эмигрировали в Новый Свет, привлеченные знаменитым «Пенсильванским экспериментом» Уильяма Пенна — территорией религиозной свободы.

Якоб Амман (портрет по описанию).

Особенность вероучения амишей не в Библии (ее они толкуют буквально), а в своде неписаных правил, который называется Орднунг (от немецкого «порядок»). Это не книга и не свиток, а коллективная память и устный договор каждой конкретной общины.

Теолог Дональд Крайбилл в фундаментальном труде «The Riddle of Amish Culture» называет Орднунг «картой для блуждания между смирением и гордыней». Суть учения сводится к Gelassenheit — самоотречению, покорности воле Бога и отказу от индивидуального самовыражения, которое рассматривается как проявление гордыни (Hochmut).

Такие дорожные знаки ставят в местах проживания амишей старого обряда, меннонитов старого обряда или членов нескольких различных групп «братьев» старого обряда, предпочитающих моторам конную тягу.

Технический прогресс отвергается не потому, что амиши считают электричество «дьявольским». Критерий отбора тоньше: укрепляет ли новшество общинные узы или разрушает их? Автомобиль — зло, потому что позволяет быстро уехать далеко от семьи и церкви. Телефон на столбе — допустим, а в доме — нет, потому что звонок прерывает живое общение. Электричество от общей сети — отказ, так как это связь с «миром»; газовый баллон или дизельный компрессор — разрешены, так как это автономно.

Как они живут сегодня? Здесь кроется главный парадокс. Амиши — блестящие прагматики и адоптеры технологий, просто их цикл принятия решений измеряется десятилетиями.

Социолог Марк Л. Лукас в исследовании «Amish Entrepreneurship» доказывает, что амиши — одни из самых успешных предпринимателей в США. Они не используют интернет, но их столярные мастерские и фермы используют высокотехнологичные пневматические инструменты, работающие от дизель-генераторов. Голландские печи в домах оснащены сложной системой теплообменников, а в полях работают не древние плуги, а современные культиваторы… только на конной тяге.

Дома амиши говорят на «пенсильванском голландском» (диалект немецкого), в школе и с «англичанами» (всеми не-амишами) — на американском английском, а Библию читают на архаичном Лютеровском немецком. В одежде — никаких пуговиц. Только крючки и булавки. Пуговицы ассоциируются с военной униформой и милитаризмом, что противоречит пацифизму.

Подростковый период заканчивается не выпускным, а Румшпрингой (Rumspringa) — временем, когда юношам и девушкам разрешено попробовать «мирскую» жизнь, включая алкоголь и смартфоны, прежде чем принять осознанное крещение. Вопреки реалити-шоу, около 85–90% молодежи возвращается в общину (данные Journal for the Scientific Study of Religion), принимая обет на всю жизнь.

Существует ложное представление об амишах как о фанатиках, отвергающих медицину. Это не так. Они не являются «христианскими саентистами». Амиши активно пользуются услугами современной медицины, включая трансплантацию органов и протезирование. Проблемой является не лечение, а страхование. Создание общего страхового фонда противоречит библейскому принципу взаимопомощи внутри общины. Поэтому счета за сложнейшие операции на миллионы долларов оплачиваются всей церковной общиной в складчину, через благотворительные аукционы и квилтинг-распродажи.

Особую известность получили исследования генетиков и геронтологов. Из-за «эффекта основателя» (все амиши произошли от нескольких сотен переселенцев) у них встречаются редчайшие генетические мутации, но вместе с тем и мутация гена SERPINE1, обеспечивающая носителям долголетие и защиту от диабета (исследование Northwestern University, 2017).

Амиши — это не умирающая секта, а бурно растущая экономически самодостаточная модель альтермодерна. Они не отвергают прогресс, они задают ему вопрос: «Улучшает ли это твою душу и твою общину?».

Источник

Публикация на Телеграф