Аgahraman. Что стоит за лозунгом ВОЗ – «Никто не в безопасности, пока все не в безопасности»?

Психологический биотерроризм (ПБ) использует гипотетические «ожидаемые угрозы» как эффективный инструмент для оприходования триллионов бюджетных средств для форсирования механизмов и развертывания инфраструктуры для цифровой санитарной диктатуры.

ПБ – часть официального глобального проекта под названием «инклюзивный капитализм», Перестройка которого была запущена в июне 2020 во Всемирном Экномическом Форуме мировыми лидерами в Давосе под названием Великая Перезагрузка (Great Reset).

Недавний забавный заголовок в The Guardian “Ни одна страна не в безопасности: смертоносная северная волна жары” напомнил мне прошлогоднюю критическую статью Дэвида Белла, специалиста по глобальному здравоохранению, врача и бывшего научного сотрудника ВОЗ, про лозунг «Никто не в безопасности, пока все не в безопасности». Тот самый лозунг, который мы слышали из всех официальных утюгов в 2020-2021. Суть этой мантры состояла в том, что все должны по взмаху палочки следовать единой инструкции из «центра», иначе «не сработает».

Все должны сидеть по домам, все должны уколоться «эффективным и безопасным» эликсиром, все должны следовать единому протоколу терапии, все должны принимать одни и те же лекарства, все должны носить маски и т.д.

Другими словами, все должны были делать то, что было выгодно фармкорпорациями и повестке левых неоглобалистких сектантов «устойчивого развития». И конечно, к этому делу подключались среднее звено общественного здравоохранения, т.к. все они получали выгоду, перенаправляя больше средств на «нужды общественного здравоохранения».

Чуть позже, совместное расследование Welt и Politico выяснило, как весь этот глобальный маскарад курировался не просто с единого официального центра ВОЗ, а лично Биллом Гейтсом с двумя ассоциированными с ним же фондами. Вот только, вывод в том расследовании был вокруг тезиса, как неэффективно государство и сколько хорошего могли бы сделать частные фонды во время пандемий, будь у них больше механизмов, полномочий и средств.

И действительно, вся парадигма механизма пандемической готовности, как я не устаю говорить, это про новую государственно-частную бизнес модель Всемирного Экономического Форума и его Плана Великая Перезагрузка, направленный на прибыльный подход к здравоохранению (или правильнее, здравозахоронению), эксплуатирующий страх людей перед катастрофой и смертью.

А главное – на перераспределение сотен миллиардов долларов на финансирование разрастающейся международной бюрократии, создавая механизма финансирования и кормушек для фармкорпораций. Именно на это были направлены пакет поправок ВОЗ к Международным медико-санитарным правилам (ММСП) и Пандемическое Соглашение ВОЗ, которое будет готово к подписанию в 2026.

Определение угрозы и ее степени само по себе подвержено политическим манипуляциям. А тот факт, что кто-то требует от тебя, независимо от твоих приоритетов и опасений, ставить чужие паранои в приоритет – абсурд.

Кроме того, люди должны проигнорировать радикальное снижение уровня инфекционных заболеваний в 21 веке благодаря улучшению условий жизни, санитарии, питания, и должны поверить, что они больше не могут чувствовать себя в безопасности…. Пока все не будут взяты под наблюдение, тестирование и не будут изолированы, как бессимптомные преступники. Которые получат шанс вернуть часть свобод только в случае обязательной “вакцинации”, или как говорил персонаж Хазанова “с ежедневной сдачей анализов в соседнем районе”.

Так вот, Дэвид Белл, обращает внимание на еще более темную сторону этого лозунга. А именно, «Мы не в безопасности, потому что другие не послушались или не подчинились». «Моя болезнь — ваша вина».

Мы были свидетелями шествия политиков, инфлюенсеров, комментаторов СМИ во время пандемии, выступавших за наказание тех, кто не подчиняется мандатам. Хотя ни один из мандатов не был вызван эпидемиологической необходимостью, и даже противоречил стандартному протоколу ВОЗ, который начали тихо менять под шумок с февраля 2020.

Дэвид Белл, обращает внимание, что этот идиотский лозунг придумали не какой-то сумасшедший, а молодой аморальный психолог-бихевиорист, типа McKinsey. Бихевиориальная (поведенческая) психология на всем протяжении пландемии, использовалась, чтобы заставить людей действовать определённым образом, независимо от их рациональных суждений.

Людей заставляли игнорировать здравый смысл. Правду заменило то, что СМИ объявило «консенсусом экспертов», и «борьбой с дезинформацией», были запущена генерация статей, убеждающая людей не проводить свои собственные исследования, не изучать вопрос, а просто довериться экспертам.

Информированность объявлялась угрозой «инфодемии» ВОЗ. Дэвид Белл заявляет, что компьютерные модели, якобы предполагающие спасение 20 миллионов человек благодаря “вакцинам”, — это результат ошибочных данных и предположений, а не реальности.

Лозунг «Никто не в безопасности, пока все не в безопасности» – это лозунг превращающий здравоохранение в инструмент возведения архитектуры цифрового тоталитаризма.

В этом контексте, меня не удивили выводы недавнего исследования о том, что последние официальные отчеты Всемирного Банка, ВОЗ и др. форумов здравозахоронения манипулируют моделями и статистическими данными, касательно инфекционных заболеваний и их динамики в 21 веке, безосновательно требуя бюджет более 40 млрд в год.

Итак, в недавнем исследовании группой ученых из Университета Лидса, включая экспертов по политике, группа проф. Гаррета Брауна и док. Дэвида Белла утверждают, что ВОЗ и группа экспертов G20 используют некачественное моделирование для прогнозирования и риска пандемий, и финансовых потребностей для их решения.

Задавшись вопросом, оправданны ли огромные ресурсы, выделяемые на подготовку к пандемии, они рассмотрели диаграмму ВОЗ, которая якобы показывает резкое увеличение вспышек за последние 20 лет, а также рассмотрели два доклада, которые были представлены ВБ и G20 и данные Metabiota. И заключили, что диаграмма ВОЗ не учитывает важный исторический контекст и искажает сегодняшние угрозы здоровью.

Дело в том, что Пандемическое Соглашение исходит из официальной позиции ВОЗ о том, что «Эпидемии и пандемии инфекционных заболеваний происходят чаще и распространяются быстрее и шире, чем когда-либо, во многих различных регионах мира». В рамках этой позиции, которая с 2000-х гг. пропагандируется с подачи Билла Гейтса (смотрящий за сферой глобального здравоохранения в секте «Новый мировой порядок»), фокус здравоохранения постепенно смещался с «болезней с самым высокой нагрузкой» на «профилактику, выявление и смягчение заболеваний», которые являются редкими и/или имеют небольшую нагрузку или даже являются гипотетическими. А именно, на внезапные «вспышки» инфекционных заболеваний («пандемиях»).

В действительности же, как обнаружили исследователи, смертность от инфекционных заболеваний снижается уже несколько десятилетий благодаря достижениям в области гигиены, питания, лечения и сокращению бедности. Даже с учетом ковида, к 2021 г. смертность оставалась ниже уровня 2010 г. Или например, ВОЗ выделила девять приоритетных заболеваний для исследований и разработок, однако пять из этих заболеваний никогда не приводили к более чем 1000 зарегистрированных случаев смерти за всю историю, а остальные заболевания в основном ограничены определенными регионами, в первую очередь в некоторых частях Африки. Также, в список ВОЗ включена гипотетическая вспышка, которую они называют болезнью X, которая может возникнуть в будущем.

Рост числа вспышек смертности за последнее десятилетие почти полностью обусловлен вспышками лихорадки Эбола. Если исключить эти случаи смерти от Эболы из данных Metabiota, то тенденция смертности за последние два десятилетия покажет явное снижение.

Касательно отчета от Metabiota, частной корпорации, показывающие экспоненциальный рост зарегистрированных «вспышек» на графиках, ученые заметили, что эта тенденция совпадает с развитием современных диагностических технологий, которые естественным образом повышают обнаружение ранее незамеченных заболеваний.

Это и доступность ПЦР, и антигенных и серологических тестов, а также улучшение инфраструктуры связи. 50 лет назад многие патогены, которые сейчас легко идентифицируются, просто нельзя было обнаружить, а вызываемые ими заболевания нельзя было отличить от клинически схожих состояний (как работает пандемия пцр тестов мы увидели в 2020).

Развитие усовершенствованных диагностических технологий не только влияет на показатели отчетности, но и имеет очевидные последствия для понимания термина «возникающее инфекционное заболевание» (emerging infectious diseases).

Этот часто используемый термин предполагает, что постоянно возникают новые угрозы, такие как вспышки вируса Нипах за последние 25 лет. Однако, в то время как некоторые патогены недавно проникли в человеческие популяции, такие как новые варианты гриппа, ВИЧ и вирус SARS-1, другие (от себя добавлю, что эти «новые» штамы усиливаются в спец. биолабораториях), такие как вирус Нипах, были просто необнаружимы без последних технологических достижений, поскольку они вызывают неспецифические заболевания.

Группа REPPARE отмечает, что спекулятивный характер «вспышек» может побудить разработчиков моделей использовать катастрофические сценарии для оценки будущих рисков, заставляя правительства принимать основанные на страхе политические решения, без достаточных оснований (что, собственно, мы и наблюдали в 2020 г.)

Кроме того, они обеспокоены тем, что слишком большое внимание к готовности к гипотетическим пандемиям и спекулятивным угрозам и сценариям будущего отвлекает критически важные ресурсы от неотложных проблем здравоохранения, таких как туберкулез, малярия, рак, поддержка питания, например. Только от туберкулеза ежегодно умирает 1,3 миллиона человек, а от малярии умирает более 600 000 человек, в основном среди детей. А финансирование развития питания сократилось на 10% в 2020 году и до сих пор не вернулось к допандемическому уровню.

Другими словами, самые крупные инвестиции в истории глобального общественного здравоохранения (а эксперты G20 и ВБ запрашивают порядка $42 млрд в год), апеллируют к ложным интерпретациям данных.

Теперь представьте себе, что всех, кто будет публично сомневаться в официальной интерпретации данных, разоблачать неадекватность компьютерных моделей, будут подвергать остракизму, буллингу, обвинять в дезинформации и подрывать их карьеры.

Как это было в последние 20 лет с климатической темой, когда ученые климатологи из топовых университетов смеют открыто заявлять, что вся эта климатическая тема – афера, только после выхода на пенсию (!). Просто потому что, их экспертная позиция, будет подрывать легитимность монетизации пандемической (климатической) темы.

Источник

Публикация на Телеграф