Игорь Малышев. Как Запад помогал советской власти. «Заграница не поможет. Никогда не помогала»

Либеральная прослойка нашего тающего населения снова начнет вещать с экранов ТВ и из радиодинамиков об ужасах октября 1917 года и последующих лет Гражданской войны. И тридцать седьмой год вниманием не обходят как звено из той же цепи.

Отлично. Внимание к собственной истории, когда оно не ставит целью промывку неокрепших и ленивых мозгов, вещь замечательная. Если позволите, я бы тоже сказал несколько слов в этой связи.

В России за пару прошедших столетий сложилась традиция, что если уж либерал, то, как правило, западник. Так и сегодня. И, как говорится, пользуясь случаем, я хотел бы напомнить о той роли, которую сыграли иностранные державы в Гражданской войне.

Либералы в царской России

Война — страшная вещь. Война гражданская — страшна в квадрате. Когда брат идет на брата, сын на отца, дочь на мать, что может быть губительнее для народа? Рубцы гражданских войн не заживают десятилетиями и напоминают о себе гораздо дольше, чем следы войн с внешним врагом.

Но даже не это самое опасное. В гражданских войнах формируется новый тип человека. Человека, не верящего собственному народу. Дальнейшая жизнь человека, прошедшего через такую войну, во многом определяется именно этим неверием.

И. Владимиров. Сопровождение заключенных. 1918 год.

Гражданская война в России продолжалась с 1918 по 1922 годы (некоторые исследователи считают, с 1917 по 1923 гг.), и погибло в ней, по разным оценкам, около 12 млн человек. Двенадцать миллионов — это, на секундочку, каждый четырнадцатый житель Российской империи начала ХХ века.

Участие Запада в Гражданской войне началось с того, что вскоре после Октябрьской революции, в декабре 17-го года, Черчилль призвал мировое сообщество «задушить большевизм в колыбели». Для этого Россию разделили на сферы влияния, определив, кто и на каком участке будет «душить». Великобритании достались Кавказ и казачьи области, Франции — Бессарабия, Украина и Крым, Сибирь и Дальний Восток отошли США и Японии.

Американские войска во Владивостоке

Помимо прямой интервенции «друзья-душители» предполагали поддерживать финансово и материально любые антибольшевистские движения. Старая проверенная тактика. Действуя в колониях, европейцы всегда старались грязную работу по максимуму переложить на туземцев. В той ситуации это означало: пусть русские сами убивают русских. Средств не жалели, поскольку в случае победы белых деньги вернулись бы с огромными процентами.

«Помощь» Запада

Практически все источники, пишущие о Гражданской войне, едины в том, что помощь западных держав белому движению была существенной, а зачастую и определяющей. Вот, например, выдержка из книги А.М. Буровского «Самая страшная русская трагедия. Правда о Гражданской войне» (2010 г.): «В первой половине 1919 года Колчак получает из США более 250 тысяч винтовок, тысячи орудий и пулеметов. Красный Крест поставляет 300 тысяч комплектов белья и другое имущество». (В начале марта 1919 года армия Колчака насчитывала 150 тысяч человек.)

Андрей Михайлович Буровский (род 1955), советский и российский историк, археолог, философ, писатель

В изданной в 1987 году книге «Антисоветская интервенция и ее крах» приводятся следующие данные: «В течение 1919 года Колчак получил из США 392 994 винтовки, 15 618 тыс. патронов».

Вот что сообщает на ту же тему Wikipedia: «За зиму 1918—1919 годов было поставлены сотни тысяч винтовок (250—400 тыс. Колчаку и до 380 тыс. Деникину), танки, грузовики (ок. 1 тыс.), броневики и самолеты, боеприпасы и обмундирование для нескольких сотен тысяч человек».

Руководитель снабжения колчаковской армии английский генерал Альфред Нокс заявлял: «Каждый патрон, выстреленный русским солдатом в течение этого года в большевиков, сделан в Англии, английскими рабочими, из английского материала, доставленного во Владивосток английскими пароходами».

В общем, помогали. Помогали сильно. Интервенция и поддержка европейскими державами и США антибольшевистских сил явились одной из главных причин продолжительности и кровопролитности Гражданской войны.

Пётр Николаевич Врангель (1878 — 1928), военный деятель Российской империи, генерал-майор (1917), участник Русско-японской и Первой мировой войн, генерал-лейтенант Добровольческой армии (1918), главнокомандующий Русской армией в Крыму и Польше (1920), один из публичных лидеров белой эмиграции.

Если бы Запад самым грубым образом не вмешался в наш сугубо внутренний конфликт, жертв было бы на порядок меньше. Если бы Юденич, Деникин, Колчак, Врангель не получали помощи из зарубежья, Гражданская война вполне могла вылиться в небольшую цепь разрозненных антибольшевистских выступлений, которые при всем желании не сложились бы в войну. Большевикам было вполне по силам к двадцатому, а то и к девятнадцатому году взять ситуацию под контроль и начать обустраивать Россию.

Антон Иванович Деникин (1872 — 1947), русский военачальник, генерал-лейтенант, политический и общественный деятель, один из главных лидеров Белого движения

Это сэкономило бы стране миллионы жизней и безумное количество материальных ресурсов. Но, что еще важнее, градус взаимной ненависти между победителями и побежденными был бы не столь высок. И потому чистки и репрессии двадцатых—тридцатых годов, которые во многом — следствие Гражданской войны и последовавшей за ней страшной разрухи, тоже были бы не столь масштабны.

Вооружая белое движение, западные державы старательно раскручивали маховик войны. Год за годом в стране не осталось ни одного человека, не затронутого этой трагедией. И все они вынесли из войны одно страшное знание: соотечественник может быть врагом. Жестоким, беспощадным, безжалостным. Который умеет вешать, пытать, сдирать кожу живьем, засыпать телами рвы и канавы, не щадя ни взрослых, ни детей.

Если раньше во всех войнах линия вражды проходила по линии «соотечественник — свой, иностранец — чужой», то теперь эта граница стерлась. Оказалось, что русский для русского тоже может быть смертельным врагом. Не менее опасным, чем немец или японец.

Отто Эдуард Леопольд, граф фон Бисмарк (1815 — 1898), первый канцлер Германской империи

Годы Гражданской войны воспитали целое поколение людей, в грош не ставящих человеческую жизнь вообще и жизнь соотечественника в частности. Людей, слишком хорошо умеющих убивать. После двадцать второго года, когда война закончилась, эти люди никуда не делись.

И белые, кто не сумел или не захотел убежать, и красные — все остались. И ненависть осталась. И жажда мести. Чувства, которые взращивались столько лет, так просто не исчезают.

В двадцатые и тридцатые годы Россия вошла с этим самоубийственным багажом. Каждый знал, что рядом с ним может быть враг. А с врагами за годы Гражданской войны научились разговаривать коротко. Поэтому не стоит удивляться, что во время чисток тридцатых годов многие охотно верили, что жили бок о бок со «шпионом», «террористом», «агентом». Барьер «соотечественник — значит, свой» был сломан.

Только Великая Отечественная, да и то не до конца, стерла ощущение врага рядом. Народ прошел через пламя, которое сожгло старые грехи. Новая кровь смыла кровь старую. Долги Гражданской были прощены. Русский русскому снова стал своим.

Нашим «друзьям за бугром» и их либеральным союзникам внутри России следовало бы десять раз подумать, прежде чем обвинять только Ленина и Сталина в жестокости и репрессиях. В том, что происходило во время Гражданской войны и последующие годы, Англия, Франция, США и пр. виновны не меньше.

Жертвы репрессий

Они вылили в костер нашей междоусобицы столько горючего, что полыхало и искрило вплоть до Великой Отечественной. Их руки в русской кровушке по самые локотки. И мне всегда неприятно видеть, что они забывают об этом, когда пускаются в рассуждения о нашей истории.

Я ни в коем случае не собираюсь взваливать всю ответственность за события, последовавшие за революцией семнадцатого года, на наших зарубежных «друзей». Нет. Просто хочу обозначить и их долю ответственности. Весьма серьезную, надо сказать, долю.

В конце этого небольшого исторического экскурса стоит, наверное, упомянуть, что в то же самое время, когда белое движение накачивалось деньгами, оружием и обмундированием, Советская Россия находилась в жесткой экономической блокаде со стороны западного мира. Когда же правительства США и стран Антанты убедились в нерентабельности вложений в белое дело, они постепенно сняли блокаду и стали вполне успешно торговать с большевиками.

Ничего личного, просто бизнес.

Я не знаю, спонсирует сейчас Запад российскую оппозицию или нет. Свечку не держал, документов не видел. (Хотя при этом очевидно, что наша-то официальная власть Запад спонсирует. Вспомнить хотя бы сотни миллиардов евро, ежегодно утекающих за рубеж.)

Современная демократия

Но даже если «свободный мир» и закидывает сюда что-то «на развитие демократии», то уж точно не потому, что заинтересован в нашем процветании и стабильности, а по совершенно иным, прямо противоположным причинам.

История повторяется. Ничего личного… Ну, вы поняли.

Источник

Публикация на Тelegra.ph

Подписывайтесь нa наш телеграм-канал @history_eco https://t.me/history_eco

См. еще:

• Ключевые слова: советской власти, интервенция, гражданская война, Антанта