Алиса Гаджиева. Новая датировка взрыва Санторина запутала гибель Минойской цивилизации

Одно из крупнейших по объему выброшенного материала извержений в последние 10 тысяч лет дал греческий вулкан Санторин. Именно с ним долго связывали падение первой высокоразвитой европейской цивилизации. Похоже, все было не так просто. Возможно, первая высокоразвитая цивилизация Европы прекратила свое существование совсем не так, как считали ранее.

История минойской цивилизации до сих пор, несмотря на огромные усилия специалистов по вопросу, состоит в основном из загадок, а не из ответов на них. Временем ее возникновения принято считать середину IV тысячелетия до нашей эры — именно тогда на Крите появляются люди, которые строят первые скальные жилища. Название цивилизации условно — по имени критского царя Миноса из греческих мифов (впрочем, вероятно, он имел реального прототипа).

Критяне первыми в Европе изобрели письменность. Сначала это были критские иероглифы, которые стали основой линейного письма А. А то, в свою очередь, привело к появлению и развитию ахейской древнегреческой письменности (через линейное письмо Б). Интересно, что первый в мире «печатный» текст — полученный печатью готовыми «литерами» — тоже относится к древнему Криту.

Основу минойской цивилизации составляли дворцы — сейчас мы назвали бы их центрами городов-государств. В этих дворцах были водопровод, канализация, а в высоту их строили до пяти этажей. На Крите существовало развитое кораблестроение: минойцы вели морскую торговлю с материковой Грецией, Египтом, Месопотамией.

Извержение Санторина стало важнейшим событием в Восточном Средиземноморье середины II тысячелетия до нашей эры. Но минойскую цивилизацию погубило не оно.

С начала XX века археологи полагали, что минойская цивилизация, возникшая на Крите и ближайших островах примерно в середине IV тысячелетия до нашей эры, погибла из-за извержения вулкана, которое привело к выбросу большого количества пепла, и из-за последовавших разрушительных цунами. Случилось это около 1500 года до нашей эры.

Город Акротири (на острове Тира, где и извергся вулкан Санторин) оказался полностью погребен под слоем пепла — за 1600 лет до Помпей. А минойские дворцы на северном побережье Крита были снесены цунами.

На карте показаны места, из которых взяты данные для нового статистического моделирования

Примерно в 1970-х годах появились результаты радиоуглеродного анализа образцов с Санторина. Они повергли хронологию, вокруг которой ученые полвека выстраивали теории, в хаос. Согласно им, извержение произошло примерно на сто лет раньше.

Но эта датировка не очень сочеталась с результатами археологических раскопок, которые упрямо свидетельствовали: минойская цивилизация вполне себе существовала это «спорное» столетие.

Тогда историки предположили, что извержению помогли люди: Крит и подчиненные ему острова завоевали микенцы, представители ахейских племен из материковой части Греции. Naked Science рассказывал, почему эта гипотеза не совсем соответствует реальности.

Анализ обсидиановых орудий «отменил» гибель минойской цивилизации

Падение минойской цивилизации обычно связывают с двумя событиями. Первое из них — извержение вулкана Санторин примерно в середине II тысячелетия до нашей эры. Крупное цунами, последовавшее за ним, разрушило города в северной части острова, а пепел засыпал всю остальную территорию.

Правда, впоследствии археологи обнаружили, что минойская цивилизация существовала еще столетие — и лишь потом остров завоевали микенцы, часть ахейских племен, пришедшие из материковой Греции.

Обычно с этим завоеванием связывают крупные культурные преобразования, произошедшие в критском обществе: принятие нового языка (линейное письмо А уходит в вечность и остается там загадкой до сих пор), экономической системы, погребальных обычаев и даже традиций в одежде и пище.

В журнале PLOS One вышла статья Тристана Картера (Tristan Carter) из Канады и Вассилиса Киликоглу (Vassilis Kilikoglou) из Греции, которая ставит под сомнение теорию о том, что микенское завоевание стерло с лица земли минойскую цивилизацию.

Ученые решили, что такие вещи, как искусство, одежда, погребальные обычаи, не являются достаточно надежным маркером смены цивилизаций. По их мнению, все это может меняться в зависимости от моды, которая проникает на новые территории не только в связи с завоеванием, но вслед за миграциями или даже межкультурными браками. Известны примеры, когда люди перенимали чужие обычаи, чтобы отличиться в собственном обществе.

Для того, чтобы лучше понять истинный характер культуры, исследователи сосредоточились на более обыденных, повседневных практиках. Они проанализировали образцы орудий труда критян бронзового века, изготовленные из обсидиана, и установили, что материал для них происходит с кикладского острова Милос.

Орудия из обсидиана

Остров этот находится между Критом и материковой Грецией, и именно добыча обсидиана сделала его важным центром минойской цивилизации.

С приходом микенцев ничего не поменялось: обсидиан поступал из тех же источников. Кроме того, способы изготовления обсидиановых лезвий и их использование для работы, например, при сборе урожая, показали, что члены общины жили так же, как их предшественники в течение последней тысячи лет, а их повседневные практики отличались от таковых у жителей материковой Греции.

Реконструкция последовательности изготовления обсидианового лезвия /

«Наш анализ показывает, что население в основном оставалось местным, минойского происхождения», — сказано в работе.

Это не означает, что микенского вторжения на Крит не было, но вот размах его становится не вполне очевидным. Исследователи считают, что хотя местные элиты были связаны с микенской властью, о чем свидетельствует их принятие материковых погребальных обычаев и стилей одежды, большинство людей продолжали жить так же, как раньше.

Между тем нельзя не отметить, что новый подход сам вызывает определенные вопросы. Точно известно, что язык крито-минойской цивилизации не был индоевропейским. В то же время язык критян после ахейского завоевания — индоевропейский, диалект греческого.

Если смену каких-то обычаев еще можно объяснить культурной диффузией, то полное вытеснение местного языка развитой (по меркам своей эпохи) цивилизации без крупных завоеваний — маловероятное событие.

Извержение Санторина

Также данные радиоуглеродного анализа плохо сочетались с древними древесными кольцами: последние показывали, что похолодание в результате извержения началось еще раньше. О том, как решили эту проблему, мы писали здесь.

Контуры толщины слоя пепла Минойского извержения, в сантиметрах. / © https://www.volcanodiscovery.com/santorini/minoan-eruption/size.html

Попытки точной датировки Минойского извержения приводили к неоднозначным результатам. Слой пепла служит точкой отсчета при раскопках во всем Средиземноморье: он четко разделяет ископаемые свидетельства на «до» и «после». А вот абсолютная датировка встречается с трудностями.

Самый точный результат дает дендрохронология — подсчет годовых колец ископаемых деревьев. Минойское извержение, сравнимое по объему пепла с извержением Тамборы в 1815 году, должно было вызвать мощное похолодание, запечатлевшееся в виде морозобойных колец. И как раз такое похолодание зафиксировали около 1628 года до нашей эры.

Загвоздка в том, что эта дата отличается от результатов остальных методов. Археологические свидетельства указывают на вторую половину XVI века до новой эры (к нему относится период с 1600 по 1501 год до нашей эры). Минойцы успели обзавестись артефактами египетского Нового царства, найденными в том числе на самом Санторине, под многометровым слоем пепла.

Создавший их взлет египетской культуры начался примерно в 1550 году до нашей эры, и ее предметы никак не могли попасть на Санторин после извержения такого масштаба — те места просто полностью обезлюдели.

В журнале PLOS One вышла работа профессора Стерта Мэннинга (Sturt Manning) из Корнеллского университета (США). Он предлагает свою датировку извержения Санторина — значительно более узкую, чем в предыдущих исследованиях.

Мэнниг посчитал, что радиоуглеродный анализ в случае Санторина не может считаться вполне достоверным, так как вулканические выбросы углекислого газа могли загрязнить ископаемые образцы нетипичным для поверхности Земли соотношением изотопов углерода. И совершенно не понятно, как можно учесть это при исследовании.

Автор работы решил датировать это событие с помощью созданной им новой статистической модели. В нее он включил не только результаты радиоуглеродного и дендрохронологического анализов, но и данные по другим регионам Эгейского моря, за сотни километров от Санторина, которые пережили последствия цунами, вызванных извержением вулкана.

Кроме того, он обратил внимание на важность короткого, но четко наблюдаемого промежутка времени между оставлением города Акротири и самим извержением и включил это ранее упущенное ограничение в модель.

«Археологи неоднократно отмечали, что существует короткий промежуток времени между тем, как город Акротири был покинут людьми, и тем, как он был погребен под метровым слоем пемзы, образовавшейся в результате извержения.

Несмотря на то что было раскопано несколько гектаров, не найдено ни одного человеческого скелета, поэтому очевидно, что люди были предупреждены о надвигающейся опасности и ушли», — сказано в работе. Эта картина резко отличается от тех, что нам известны по Помпеям и Геркулануму.

По слоем пепла, засыпавшего Акротири, археологи нашли здания, керамику, даже фрески — но никаких останков жертв извержения

Моделирование определило наиболее вероятный диапазон дат извержения: примерно 1609-1560 годы до нашей эры (вероятность — 95,4%) или даже 1606-1589 годы до нашей эры (вероятность — 68,3%).

Это время так называемого Второго переходного периода в истории Древнего Египта, когда гиксосы — династия ханаанского происхождения — контролировали Нижний Египет (северную часть Египта). Известно, что минойцы активно торговали с египтянами.

Новая хронология, с одной стороны, синхронизирует цивилизации Восточного Средиземноморья, с другой — порождает массу новых вопросов. Например, не вполне понятно, как под пеплом в Акротири оказались предметы, которые историки относят к Новому египетскому царству (период после Второго переходного, начинается в 1550 году до нашей эры).

Также, если датировка Мэннинга верна, то неясно, что же разрушило минойские дворцы на Крите и других островах, ведь это произошло гораздо позже.

Впрочем, автор работы полагает, что результаты его статистического моделирования лишь указывают направление, в котором стоит работать историкам. «В данном случае ответ, похоже, находится между первоначальной позицией и радиоуглеродными данными, указывающими на 100-150 лет раньше.

Надеюсь, этот новый анализ, основанный на большом наборе данных, должен быть более приемлемым для археологической и исторической областей в целом. Он меняет исторический контекст, но в то же время не пытается вывести все далеко за [привычные] рамки», — сказано в работе.

Источник 1, источник 2

Публикация на Тelegra.ph

Подписывайтесь нa наш телеграм-канал @history_eco

https://t.me/history_eco

См. еще: