Anairos. Как воспитать своего Бога

В схеме «волшебник призывает духов, и они ему служат» отношения между участниками могут быть какими угодно. Может быть, маг порабощает своих духов, они его ненавидят и при малейшей возможности бунтуют с летальным для мага исходом. Может быть, они заключили сделку, и происходящее каким-то образом выгодно им обоим. Может быть, их связывают дружеские или даже любовные отношения, и дух помогает магу просто потому, что ну как не помочь-то.

Ведуны и их «духи»-фамильяры на фронтисписе трактата М. Хопкинса, 1647

Но, наверное, самая неожиданная модель – та, что мы находим в магической традиции, которую принято называть герметической, хотя правильнее будет говорить «платонический ориентализм».

Церковь обычно настаивает, что весь невидимый мир чётко разделён на два лагеря: светлые ангелы служат Богу, злые демоны подчиняются сатане. Однако даже в самой церкви не всегда было единогласие по этому поводу. Фома Аквинский, например – а уж он-то поистине был более католиком, чем любой Папа – считал, что чёрно-белое деление духовного царства слишком отдаёт манихейством. Всё сущее сотворено Богом, а значит, кроме ангелов, служащих Творцу непосредственно, и демонов, бунтующих против Него, вполне могут быть и иные невидимые существа, столь же «теологически нейтральные», как люди и животные. Это не совсем духи – они наделены телом, хотя и не таким, как у нас – но всё же и не вполне материальные создания.

А уж среди тех, кто изучал и практиковал «герметическую» магию, и подавно распространился в ренессансные времена самый махровый анимизм. Всё полно духов. Даже человеческое тело функционирует за счёт того, что бесчисленные духи поддерживают все его системы (так полагал, например, Парацельс). Природа преисполнена невидимых стихийных существ, не являющихся ни ангелами, ни демонами.

Не вполне понятно даже, до какой степени можно называть их духами, ибо слово это подразумевает бестелесность, а это свойство одних только ангелов, в том числе и падших. Однако, как справедливо замечает тот же Парацельс, если существо способно с лёгкостью проходить сквозь твёрдые предметы, не оставляя следа, любой скажет, что это дух.

Одни из них эфемерны, рождаясь и умирая мириадами каждое мгновение, другие способны жить сотни и даже тысячи лет, хотя в конечном счёте всё равно смертны. Такие духи-долгожители могут обладать огромной силой и знаниями, так что в древние времена несведущие язычники поклонялись им, как богам. Таким был, например, Аполлон – в древней Греции он обладал большим влиянием, но в христианской Европе о нём ни слуху, ни духу. Очевидно, он уже умер.

Менее могущественные духи известны как феи, нимфы, гоблины, эльфы и вся прочая мифологическая фауна. Они не появляются из ниоткуда, а размножаются, подобно людям, проживают жизнь, а затем умирают. Бессмертной души у них нет, и смерть для них окончательна – ни неба, ни ада.

Разделение между ними не абсолютно. Любое существо этого рода может возвыситься до «божественного» статуса, если ему повезёт. Или… если вмешаются люди. В трактате «Асклепий» Герметического кодекса сказано, что древние египтяне умели вселять духов в статуи богов: «Итак, человек не только получает свет божественной жизни, но и дарует его; не только восходит ввысь к Богу, но даже создаёт богов».

Никакого насилия при этом не происходит: изготовленный умелыми руками образ божества настолько привлекателен для духов, что они сами заводятся в нём, как скворцы в скворечнике или пчёлы в борти. Чтобы ускорить процесс, духа можно приманить песнопениями и благовониями – будучи не вполне материальными, они чувствительнее всего именно к звукам и запахам.

А дальше начинается самое интересное. Когда дух завёлся, и статуя «ожила», её нужно… воспитать.

Статуя бога Гора. Египетский музей, Мюнхен

Всё теми же песнопениями, благовониями, молитвами и обрядами духа, поселившегося в священном образе, наполняют силой и одновременно формируют его ум, чтобы он постепенно развивался, совершенствовался в познании и могуществе, в общем – из примитивного элементаля превращался в полноценного бога.

Такой бог, выращенный и воспитанный людьми, будет помогать и сопутствовать им во всех делах, в каких только сможет.

Автор «Асклепия» сравнивает этот процесс с воспитанием маленького принца. Царского наследника нельзя бить, так что приходится действовать лаской, увещеваниями, лестью, а наказывать исключительно психологическими мерами. Это сложно и долго, но у умелого наставника дело чаще оказывается успешным, чем нет.

Слово «теургия», которое одно время часто использовалось для обозначения чистой и святой белой магии, буквально обозначает «божья работа» или же «созидание бога».

И согласитесь, это действительно необычный подход. Школы, в которых требуется культивировать самого себя до уровня бога – таких много. Но школы, где собственного бога требуется вырастить самостоятельно, в лабораторных условиях…

Что-то в этом есть специфически западное, как мне кажется.

Источник

Публикация на Телеграф