Антоний Оссендовский. Тайна тайн (фрагмент из книги “И звери, и люди, и боги”)

В представленном ниже фрагменте приводится легенда и ее расследование автором о тянущемся под землей по всей планете подземном царстве Агарти с многомиллионным населением, которым мудро управляет Царь Мира. Ему якобы  ведомы все скрытые пружины мироздания, он постигает душу каждого человеческого существа и читает великую книгу судеб. Сам же подземный народ достиг необыкновенных высот знания и продолжает жить в "золотом веке". Он использует для передвижения по подземным тоннелям летательные аппараты
Тайна тайн

Оссендовский Антоний ФердинандТайна тайн (Антон Маркович) (Ossendovski /Ossendowski Antoni Ferdinand; 1878-1945) – химик, литератор, автор произведений о Востоке. Работал на Китайско-Восточной железной дороге. Во время Гражданской войны – в Омске. Весной 1921 советник барона Р.Ф. фон Унгерн-Штернберга. Из Монголии вернулся в Польшу, где занял пост советника правительства по дальневосточным делам.

Подземное царство

– Замри! – прошептал старый проводник-монгол, когда мы пересекали равнину у Цаган-Лука. – Замри!
Он слез с верблюда, который сам, без понукания, опустился на землю. Монгол вознес руки к лицу и начал молиться, повторяя вновь и вновь священные слова: “0м! Мани падме хунг!” Остальные монголы тоже остановили своих верблюдов и присоединились к молитве.

– Что же случилось? – думал я, оглядываясь по сторонам и не видя ничего, кроме нежно-зеленой травы и безоблачного неба. Мягкий свет заходящего солнца заливал равнину.
Некоторое время монголы молились, что-то дружно шепча, а затем, затянув потуже поклажу на верблюдах, продолжили путь.

– Видел, – спросил меня монгол, – как наши верблюды в страхе прядали ушами? Как замер табун лошадей на равнине, а бараны припали к земле? Как попрятались птицы, перестали шуршать суслики и умолкли собаки? Мягкие воздушные волны принесли с собой дальнюю музыку, трогающую сердца всех – и людей, и животных, и птиц. И земля, и небо затаили дыхание. Ветер стих, и прекратило свой бег солнце.

В такие минуты замирает крадущийся за овцой волк; резко замедляет свой дикий бег потревоженное стадо антилоп; выпадает из рук пастуха нож, занесенный над овечьим горлом; хищный горностай перестает преследовать не подозревающую об опасности салгу. Все живое непроизвольно шепчет слово молитвы, ожидая решения своей судьбы. Именно такое и случилось сейчас. Это бывает, когда Царь Мира молится в своем подземном дворце, вопрошая о судьбе земных народов.
Примерно в подобных выражениях объяснил мне смысл происшедшего старый монгол – неграмотный пастух и охотник.

Монголия – страна суровых, скалистых гор, бескрайних равнин, усеянных костями праотцов, – стала родиной Тайны. Природа ее пугает местный люд, то исходя бурными катаклизмами, то убаюкивая долгим, похожим на смерть, покоем. Такой народ особенно чуток к тайне. Ламы – “красношапочники” и “желтошапочники” – хранят и поэтизируют “тайну”, а первосвященники Лхасы и Урги познают ее и владеют ею.

Попав в Центральную Азию, я впервые услышал об этой “Тайне тайн” – других слов и не подберешь. Вначале я не обратил на легенду должного внимания, не придав ей того значения, какового она, как я уразумел позже, заслуживала. Это открылось мне, лишь когда я передумал и сопоставил множество единичных, неявных и часто противоречивых свидетельств.

Старики, живущие на Амыле, рассказывали мне древнюю легенду о том, как некое монгольское племя, спасаясь от ига Чингисхана, скрылось в подземную страну. Потом неподалеку от озера Ноган-Куль один сойот показал мне закоптелые ворота, ведущие, по его словам, в то самое царство Агарти.

Когда-то давным-давно некий охотник проник через них в царство, а вернувшись, стал рассказывать всем об увиденных чудесах. И тогда ламы отрезали ему язык, чтобы он никому более не смог поведать о Тайне тайн. Состарившись, охотник вновь пришел ко входу в пещеру, чтобы теперь уже навсегда скрыться в подземном царстве, воспоминания о котором долгие годы согревали и радовали сердца кочевника.

Еще более полные сведения получил я от хутухты Джелиба Джамсрапа из Нарабанчи, поведавшего мне таинственную историю прихода на землю могущественного Царя Мира, властелина подземного царства; хутухта описал внешность гостя, чудеса, творимые им, и изреченные пророчества. Тогда-то и оценил я, что за этой легендой, бытовавшей скорее в форме повального гипноза, скрывается не только некая тайна, но вполне реальная и властная сила, способная влиять на политическую жизнь Азии. С тех пор я стал жадно собирать любую информацию по этому вопросу.

Гэлун-лама – любимец князя Чултуна Бейли, дал мне общее представление о подземном царстве.
– В нашем бренном мире, – сказал гэлун, – непрерывно меняется все – народы, науки, религии, законы и обычаи. Сколько величайших империй кануло в небытие, какие культуры угасли! Лишь Зло – орудие злых духов – пребывает неизменным.

Более шестидесяти тысяч лет тому назад некий святой скрылся со своим племенем под землей и никто их больше не видел. В подземном царстве побывали многие – среди них Шакья-Муни, Ундур-гэгэн, Паспа, султан Бабер и другие. Ныне же никто не знает, где находится это царство. Кто говорит – в Афганистане, кто – в Индии. Люди там не ведают зла, в царстве не бывает преступлений. Там мирно развиваются науки, и погибель ничему не грозит.

Подземный народ достиг необыкновенных высот знания. Теперь это большое царство с многомиллионным населением, которым мудро управляет Царь Мира. Ему ведомы все скрытые пружины мироздания, он постигает душу каждого человеческого существа и читает великую книгу судеб. Он тайно управляет поведением восьмисот миллионов человек на земле, все они исполняют его волю.

К сказанному князь Чултун Бейли добавил от себя:
– Это царство называется Агарти. Оно тянется под землей по всей планете. Я сам слышал, как просвещенный китайский лама рассказывал богдохану, что в пещерах Америки живет древний народ, укрывшийся в свое время под землей.

И сейчас на земле обнаруживают следы их былого среди нас существования. Правители этих народов ныне подчиняются Царю Мира, который является владыкой всех подземных пространств. Ничего необыкновенного здесь нет. Известно, что на месте двух великих океанов – восточного и западного – прежде располагались два континента. Они опустились под воду, но люди успели уйти в подземное царство.

В глубоких пещерах существует особое свечение, позволяющее даже выращивать овощи и злаки, люди живут там долго и не знают болезней. В подземном царстве обитает множество разных народов и племен. Однажды старик-брахман из Непала, исполняя волю богов, отправился в Сиам, бывшее владение Чингисхана; там он повстречал рыбака, который потребовал, чтобы брахман сел в лодку и вышел с ним в море.

На третий день плавания они достигли острова, у жителей которого было во рту по два языка – каждый употреблялся для определенного наречия. Островитяне показали брахману диковинных животных – одноглазую черепаху на шестидесяти лапках, огромных змей с нежнейшим мясом и ручных острозубых птиц, приносящих хозяевам рыбу. Жители поведали гостю, что прежде они жили в подземном царстве и рассказали кое-что о нем.

Лама-торгут, который сопровождал меня в путешествии из Урги в Пекин, прибавил еще и такие подробности.
– Столицы Агарти окружают поселения духовных лиц и ученых; она чем-то напоминает Лхасу, где Потала – дворец далай-ламы, стоит на горе, застроенной монастырями и храмами. Трон Царя Мира вознесен над миллионами воплощенных Богов святых пандит.

Его дворец находится в центре кольца из дворцов гуру, повелевающих всеми видимыми и невидимыми силами на земле, на небесах и в аду; жизнь и смерть человека – всецело в их власти. Если даже свихнувшееся человечество развяжет против подземных жителей войну, те могут с легкостью взорвать земную кору, обратив планету в пустыню. Они в силах осушить моря, затопить сушу и воздвигнуть горы среди песков пустыни.

По велению гуру вырастают деревья, травы и кустарники, люди дряхлые и больные становятся молодыми и крепкими, а мертвецы встают со смертного одра. В неведомых нам колесницах носятся подземные жители по узким расщелинам внутри планеты. Несколько брахманов из Индии и тибетских далай-лам, совершив труднейшие восхождения на горные вершины, встречали в местах, где никогда прежде не ступала нога человека, наскальные надписи, следы людей и колес.

Благостный Шакья-Муни обнаружил на вершине некой горы каменные таблицы, испещренные письменами, которые он сумел истолковать только в старости, и тогда отправился в царство Агарти, откуда принес людям крохи священного знания – все, что сумела удержать его память. Там, во дворцах из дивного хрусталя, обитают невидимые правители всех благочестивых людей – Царь Мира или Брахитма, ведущий беседы с самим Богом так же, как я сейчас говорю с вами, и два его помощника – Махитма, ему ведомы цели грядущего, и Махин-га, повелевающий причинами событий…

…Святые пандиты познают мироздание и его законы. Иногда мудрейшие из них собираются на совет, чтобы направить своих посланцев в неведомые человеку места. Об этом писал таши-лама, живший восемьсот пятьдесят лет тому назад.

Пандиты высочайшего ранга, положив одну руку себе на глаза, а другую у основания черепа юноши, погружали молодых людей в глубокий сон, затем натирали их травяными настоями, отчего тела юношей становились тверже камня и переставали чувствовать боль, и, наконец, облачив их в волшебные одеяния, туго спеленывали и возносили молитвы к Великому Богу. При этом окаменевшие юноши слышали, видели и запоминали все, что творилось вокруг.

Гуру устремлял на них долгий, неподвижный взгляд, и тела, медленно оторвавшись от земли, исчезали в пространстве. Гуру же продолжал неподвижно сидеть, пристально глядя в ту сторону, куда направил их. Его воля незримо сопутствовала юношам. Некоторые из них путешествуют среди звезд, изучая их ход, живущие там неведомые народы, их жизнь и законы. Они вслушиваются в незнакомую речь, читают неизвестные книги, постигают радости и горести обитателей дальних миров, их добродетели и пороки, добро и зло.

Другие погружаются в стихию огня, встречаясь с огненными существами – стремительными и жестокими, – без устали плавят и куют они металлы в недрах планет, кипятят воду для гейзеров и горячих горных источников, крошат камни, выбрасывая измельченную массу на поверхность земли через кратеры гор.

Некоторые юноши сопровождают вечно ускользающие, крошечные и прозрачные воздушные создания, проникая в тайный смысл их существования.
Иные опускаются на морское дно, где обитают мудрые жители воды, те, кто согревает землю, повелевает ветрами, штормами и бурями… В прежние времена в монастыре Эрдени-Дзу жил пандита-хутухта, пришедший на землю из Агарти. Перед смертью поведал он, как по велению гуру жил на восточной красной звезде, плавал в ледяном океане и парил в бушующих языках пламени глубоко в недрах земли.

Такие вот истории слышал я в юртах монгольских князей и в ламаистских монастырях. Рассказывались они в таком торжественно-приподнятом тоне, что малейшее сомнение в их истинности звучало бы кощунственно.
Сие есть Тайна…

Еще более полные сведения получил я от хутухты Джелиба Джамсрапа из Нарабанчи, поведавшего мне таинственную историю прихода на землю могущественного Царя Мира, властелина подземного царства; хутухта описал внешность гостя, чудеса, творимые им, и изреченные пророчества. Тогда-то и оценил я, что за этой легендой, бытовавшей скорее в форме повального гипноза, скрывается не только некая тайна, но вполне реальная и властная сила, способная влиять на политическую жизнь Азии. С тех пор я стал жадно собирать любую информацию по этому вопросу.

Гэлун-лама – любимец князя Чултуна Бейли, дал мне общее представление о подземном царстве.
– В нашем бренном мире, – сказал гэлун, – непрерывно меняется все – народы, науки, религии, законы и обычаи. Сколько величайших империй кануло в небытие, какие культуры угасли! Лишь Зло – орудие злых духов – пребывает неизменным. Более шестидесяти тысяч лет тому назад некий святой скрылся со своим племенем под землей и никто их больше не видел. В подземном царстве побывали многие – среди них Шакья-Муни, Ундур-гэгэн, Паспа, султан Бабер и другие.

Ныне же никто не знает, где находится это царство. Кто говорит – в Афганистане, кто – в Индии. Люди там не ведают зла, в царстве не бывает преступлений. Там мирно развиваются науки, и погибель ничему не грозит. Подземный народ достиг необыкновенных высот знания. Теперь это большое царство с многомиллионным населением, которым мудро управляет Царь Мира. Ему ведомы все скрытые пружины мироздания, он постигает душу каждого человеческого существа и читает великую книгу судеб. Он тайно управляет поведением восьмисот миллионов человек на земле, все они исполняют его волю.

К сказанному князь Чултун Бейли добавил от себя:
– Это царство называется Агарти. Оно тянется под землей по всей планете. Я сам слышал, как просвещенный китайский лама рассказывал богдохану, что в пещерах Америки живет древний народ, укрывшийся в свое время под землей.

И сейчас на земле обнаруживают следы их былого среди нас существования. Правители этих народов ныне подчиняются Царю Мира, который является владыкой всех подземных пространств. Ничего необыкновенного здесь нет. Известно, что на месте двух великих океанов – восточного и западного – прежде располагались два континента. Они опустились под воду, но люди успели уйти в подземное царство.

В глубоких пещерах существует особое свечение, позволяющее даже выращивать овощи и злаки, люди живут там долго и не знают болезней. В подземном царстве обитает множество разных народов и племен. Однажды старик-брахман из Непала, исполняя волю богов, отправился в Сиам, бывшее владение Чингисхана; там он повстречал рыбака, который потребовал, чтобы брахман сел в лодку и вышел с ним в море.

На третий день плавания они достигли острова, у жителей которого было во рту по два языка – каждый употреблялся для определенного наречия. Островитяне показали брахману диковинных животных – одноглазую черепаху на шестидесяти лапках, огромных змей с нежнейшим мясом и ручных острозубых птиц, приносящих хозяевам рыбу. Жители поведали гостю, что прежде они жили в подземном царстве и рассказали кое-что о нем.
Лама-торгут, который сопровождал меня в путешествии из Урги в Пекин, прибавил еще и такие подробности.

– Столицы Агарти окружают поселения духовных лиц и ученых; она чем-то напоминает Лхасу, где Потала – дворец далай-ламы, стоит на горе, застроенной монастырями и храмами. Трон Царя Мира вознесен над миллионами воплощенных Богов святых пандит. Его дворец находится в центре кольца из дворцов гуру, повелевающих всеми видимыми и невидимыми силами на земле, на небесах и в аду; жизнь и смерть человека – всецело в их власти.

Если даже свихнувшееся человечество развяжет против подземных жителей войну, те могут с легкостью взорвать земную кору, обратив планету в пустыню. Они в силах осушить моря, затопить сушу и воздвигнуть горы среди песков пустыни. По велению гуру вырастают деревья, травы и кустарники, люди дряхлые и больные становятся молодыми и крепкими, а мертвецы встают со смертного одра. В неведомых нам колесницах носятся подземные жители по узким расщелинам внутри планеты.

Несколько брахманов из Индии и тибетских далай-лам, совершив труднейшие восхождения на горные вершины, встречали в местах, где никогда прежде не ступала нога человека, наскальные надписи, следы людей и колес. Благостный Шакья-Муни обнаружил на вершине некой горы каменные таблицы, испещренные письменами, которые он сумел истолковать только в старости, и тогда отправился в царство Агарти, откуда принес людям крохи священного знания – все, что сумела удержать его память.

Там, во дворцах из дивного хрусталя, обитают невидимые правители всех благочестивых людей – Царь Мира или Брахитма, ведущий беседы с самим Богом так же, как я сейчас говорю с вами, и два его помощника – Махитма, ему ведомы цели грядущего, и Махин-га, повелевающий причинами событий…

…Святые пандиты познают мироздание и его законы. Иногда мудрейшие из них собираются на совет, чтобы направить своих посланцев в неведомые человеку места. Об этом писал таши-лама, живший восемьсот пятьдесят лет тому назад.

Пандиты высочайшего ранга, положив одну руку себе на глаза, а другую у основания черепа юноши, погружали молодых людей в глубокий сон, затем натирали их травяными настоями, отчего тела юношей становились тверже камня и переставали чувствовать боль, и, наконец, облачив их в волшебные одеяния, туго спеленывали и возносили молитвы к Великому Богу. При этом окаменевшие юноши слышали, видели и запоминали все, что творилось вокруг. Гуру устремлял на них долгий, неподвижный взгляд, и тела, медленно оторвавшись от земли, исчезали в пространстве.

Гуру же продолжал неподвижно сидеть, пристально глядя в ту сторону, куда направил их. Его воля незримо сопутствовала юношам. Некоторые из них путешествуют среди звезд, изучая их ход, живущие там неведомые народы, их жизнь и законы. Они вслушиваются в незнакомую речь, читают неизвестные книги, постигают радости и горести обитателей дальних миров, их добродетели и пороки, добро и зло.

Другие погружаются в стихию огня, встречаясь с огненными существами – стремительными и жестокими, – без устали плавят и куют они металлы в недрах планет, кипятят воду для гейзеров и горячих горных источников, крошат камни, выбрасывая измельченную массу на поверхность земли через кратеры гор.
Некоторые юноши сопровождают вечно ускользающие, крошечные и прозрачные воздушные создания, проникая в тайный смысл их существования.

Иные опускаются на морское дно, где обитают мудрые жители воды, те, кто согревает землю, повелевает ветрами, штормами и бурями… В прежние времена в монастыре Эрдени-Дзу жил пандита-хутухта, пришедший на землю из Агарти. Перед смертью поведал он, как по велению гуру жил на восточной красной звезде, плавал в ледяном океане и парил в бушующих языках пламени глубоко в недрах земли.

Такие вот истории слышал я в юртах монгольских князей и в ламаистских монастырях. Рассказывались они в таком торжественно-приподнятом тоне, что малейшее сомнение в их истинности звучало бы кощунственно.
Сие есть Тайна…

Царь Мира пред Божьим ликом

Будучи в Урге, я попытался найти объяснение легенде о Царе Мира. Больше всех, несомненно, мог бы рассказать Живой Будда, и я пробовал вызвать его на откровенность, упомянув в беседе о Царе Мира. Старый первосвященник резко повернул голову в мою сторону, устремив на меня слепые, безжизненные глаза. Я непроизвольно замолк.

Мы долго молчали, а затем богдохан продолжил прежний разговор, дав мне тем самым понять, что не хочет распространяться на предложенную тему. Было видно, что все присутствующие удивлены и напуганы моими словами, особенно хранитель библиотеки Живого Будды. Все это, понятно, только разожгло мое любопытство. Покидая кабинет богдахана, я столкнулся с библиотекарем, вышедшим из комнаты раньше меня; попросив его показать мне дворцовое собрание книг, я прибегнул к маленькой хитрости.

– Однажды, досточтимый лама, я ехал по равнине в час, когда Царь Мира говорил с Богом, и не мог не почувствовать величия сего мгновения, – сказал я.
К моему изумлению, старый лама спокойно ответил:

– Нехорошо, что буддисты и мы, исповедующие “желтую веру”, скрываем все, что связано с Его именем. Сознание того, что где-то существует человек такой святости и могущества и живет он в блаженном царстве – храме священного знания, приносит утешение нашим грешным сердцам, помогает очиститься душам; не пристало скрывать это от человечества.

-…Вот что я расскажу вам сейчас, – продолжил он. Круглый год Царь Мира руководит делами пандит и гуру Агарти. Лишь изредка удаляется он в храм-субурган, где в гробу из черного камня покоится набальзамированный труп его предшественника. Там всегда темно, но с приходом Царя Мира по стенам пробегает огонь, и на крышке гроба появляются языки пламени. Его встречает старейший гуру с закрытыми головой и лицом, его руки скрещены на груди. Этот гуру никогда не обнажает лица: ведь вместо головы у него череп, на котором только и живого – глаза и язык. Он занят тем, что поддерживает связь с душами умерших… Царь Мира творит долгую молитву, а затем, приблизившись ко гробу, простирает перед собой руки.

Языки пламени вспыхивают ярче, а огонь, пробежав по стенам, затухает, и затем, вновь оживившись, сплетается в диковинные узоры буквы алфавита “ватаннан”, языка подземного царства. Из гроба начинают виться еле заметные струйки света – мысли его предшественника. Они постепенно окутывают целиком Царя Мира, а огненные буквы на стенах все пишут и пишут веления и пожелания Бога. В этот миг Царь Мира постигает мысли тех, кто оказывает влияние на судьбы человечества – царей, королей, ханов, полководцев, первосвященников, ученых и прочих власть предержащих.

Он узнает все их помыслы. Если те угодны Богу, то Царь Мира тайно поможет их осуществлению, если нет – помешает. Эту власть дает Агарти тайное знание – “Ом”, с этого слова начинаются все наши молитвы, “Ом” – имя первого гуру святого, жившего триста тридцать тысяч лет тому назад. Он стал первым человеком, знавшим Бога, и научил людей веровать, надеяться и бороться со Злом. Бог же наделил его властию над всеми силами, правящими видимым миром.

После беседы с предшественником Царь Мира созывает “Большой Совет Бога”, на котором судит мысли и деяния сильных мира сего, помогает им или разом сокрушает их планы. Махитма и Махинга в то же время определяют место замыслов и поступков великих людей в движущих силах мироздания. Затем Царь Мира идет в главный храм и там молится в одиночестве. В алтаре сам по себе возжигается огонь, постепенно перекидываясь на соседние алтари, и в пламени проступает лицо Бога. Царь Мира почтительно извещает Всевышнего о решении “Совета Бога” и получает в ответ божественные наставления. Покидая храм. Царь Мира излучает дивный свет.

Реальность или религиозная утопия?

– А видел ли кто-нибудь Царя Мира? – спросил я.
– О, да! – ответил лама. – Царь Мира появлялся пять раз во время древних буддистских богослужений в Сиаме и Индии.

Каждый рай он приезжал в запряженной белыми слонами роскошной колеснице, украшенной золотом, драгоценными камнями и задрапированной бесценными тканями; белоснежная мантия окутывала его тело, свисающие с алой тиары бриллиантовые нити скрывали лицо. Царь Мира благословлял собравшихся золотым яблоком с изображением Агнца, и куда бы ни устремлял взор, тут же прозревали слепые, немые обретали речь, глухие слух, увечные начинали ходить, и даже мертвые пробуждались от своего вечного сна. Пятьсот сорок лет назад Царь Мира посетил Эрдени-Дзу, объявлялся он также в старинном Саккайском монастыре и в Нарабанчи-Куре.

…Один Живой Будда и один таши-лама получали от него послания – таинственные письмена, начертанные на позолоченных скрижалях. Никто не мог уразуметь смысла послания; тогда таши-лама, войдя в храм, положил себе на голову скрижали и стал молиться. Постепенно мысли Царя Мира проникли в его мозг, и он, так и не прочитав загадочного письма, все-таки знал, что хотел ему сказать Царь Мира.

– Много ли народу побывало в Агарти? – спросил я.
– Очень много, – ответствовал лама, – но все они хранят молчание и не рассказывают, что видели там. Когда олеты разрушили Лхасу, один из отрядов, действовавших в юго-западном горном районе, проник на окраины Агарти. Там олеты постигли азы тайного знания и принесли их на землю.

Вот почему олеты и калмыки – такие искусные чародеи и предсказатели. А из восточных районов в Агарти проникло племя смуглолицых людей, оставшихся там на много столетий. Однако, в конце концов, их изгнали из Царства, и племени пришлось вернуться на землю, куда они принесли искусство гадания на картах, травах и по линиям руки. Это Племя зовут цыганами… На севере Азии тоже живет один вымирающий народ, поднявшийся из пещер Агарти, его люди преуспели в вызывании парящих в воздухе духов предков.

Лама помолчал, а затем продолжал, как бы отвечая на мои мысли.
– В Агарти просвещенные пандиты записывают на каменных скрижалях все знания нашей планеты и других миров. Знакомы с ним и китайские ученые буддисты. Знание это – высочайшего и чистейшего толка. Раз в столетие сто китайских мудрецов собираются в тайном месте на морском побережье и ждут, когда из водных глубин всплывут на поверхность сто черепах. На их панцирях китайцы записывают божественную мудрость…

Я пишу эти слова и вспоминаю старого китайского бонзу из пекинского Храма Неба, рассказавшего мне, что черепахи могут находиться без еды и воздуха более трех тысяч лет, оттого-то все колонны голубого Храма Неба воздвигнуты, дабы предохранить дерево от гниения, на этих живых пресмыкающихся.

– Несколько раз первосвященники Лхасы и Урги посылали гонцов к Царю Мира, – поведал мне лама – хранитель библиотеки, – но те не смогли отыскать пути к нему. Зато один тибетский полководец после битвы с Олегами вышел к пещере, над которой были высечены слова: “Здесь ворота в Агарти”. Навстречу из пещеры выступил изящный, приятной наружности мужчина, вручил вождю золотую плитку с таинственными знаками и произнес при этом:

– Царь Мира предстанет перед людьми, когда пробьет час вести всех праведных людей на борьбу с неправедными, но сейчас время еще не настало. Не родился еще величайший грешник всех времен.
– Чан Чун барон Унгерн посылал князя Пунцига к Царю Мира, но тот принес ему лишь письмо далай-ламы из Лхасы. Барон вновь отправил его на поиски, но на этот раз гонец не вернулся.

Пророчество Царя Мира в 1890 году

Вот что открыл мне хутухта Нарабанчи в бытность мою гостем монастыря в начале 1921 года:
– Когда Царь Мира предстал в этом монастыре, тридцать лет назад, перед ламами угодными Богу, он произнес пророчество на грядущую половину столетия. Вот что изрек он:

“Все больше и больше людей будут забывать о душе, заботясь лишь о теле. Чудовищный грех и разврат воцарятся на земле. Люди станут как дикие звери, алчущие крови и смерти близких. “Полумесяц” поблекнет, а его последователи обнищают и ввяжутся в бесконечную войну. Победителей сокрушит солнце, продвижение их прекратится, еще дважды поразят их величайшие несчастья, и в конце концов случится нечто, что оскорбит другие народы.

Падут короны – великие и малые… одна, две, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь… Народы ждет страшнейшая из войн. Реки покраснеют от крови… Человеческие кости усеют землю и дно морей… Разрушатся царства… Вымрут целые народы… Голод, болезни, неведомые дотоле злодеяния обрушатся на человечество. Придут враги Бога и Духа Святого. Всякий, протянувший другому руку, также погибнет.

Угнетенные восстанут и прикуют к себе внимание всего мира. Земля погрузится во мглу, над ней пронесутся бури. Голые скалы вдруг оденутся в леса. Землетрясения будут следовать одно за другим… Миллионы людей сменят оковы рабства и унижения на новые – голода, болезней и смерти. По древним дорогам хлынут толпы беженцев. В огне сгинут прекраснейшие города – один, два, три… Отец поднимется на сына, брат – на брата, мать – на дочь. Порок, преступление, растление души и тела распространятся повсеместно… Распадутся семьи… Истина и любовь покинут землю.

… Из десяти тысяч выживает лишь один – у него, нагого и безумного, недостанет ни сил, ни умения построить себе дом и добыть пропитание. Вой его будет подобен вою разъяренного волка, и начнет он пожирать трупы, грызть свою плоть и бросать вызов Богу… Земля опустеет. Бог отвернется от людей, и на земле воцарятся мрак и смерть.

Тогда-то и пошлю я народ, доселе неведомый никому, который сильной рукой вырвет сорняки безумия и порока и поведет тех, кто сохранил в сердцах своих веру, в битву против Зла. Они создадут на земле новую жизнь, очищенную гибелью наций. На пятидесятом году возникают три великих царства, которые счастливо просуществуют семьдесят один год, затем на восемнадцать лет воцарятся война и разруха. И только потом народы Агарти выйдут на поверхность земли из своих пещер.


* * *

Спустя некоторое время, во время путешествия по Восточной Монголии в Пекин, я частенько задумывался: “А что если…? Что если целые народы разного вероисповедания, цвета кожи, все многочисленные азиатские племена двинутся на Запад?”

И теперь, когда я пишу заключительные строки этой книги, мой взор невольно устремляется в сторону Монголии, этого огромного сердца Азии, где я так долго скитался. За разбушевавшейся снежной бурей и тучами песка, поднятого ветром в пустыне Гоби, предо мной проступает лицо хутухты Нарабанчи, рука его устремлена к горизонту, своим тихим голосом он поверяет мне сокровенные мысли:

– Близ Каракорума и на берегах озера Убсанор я вижу далеко раскинувшиеся многоцветные станы, табуны лошадей, стада, голубые юрты вождей. Повсюду развеваются древние знамена Чингисхана, королей Тибета, Сиама, Афганистана, индийских князей, священные знаки всех ламаистских первосвященников, гербы олетских ханов, скромные флажки северо-монгольских племен. Не слышно шума возбужденной толпы. Не звучат скорбные песни гор, равнин и пустынь. Юные всадники не тешат себя скачками на быстроногих скакунах…

Я вижу бесчисленное множество стариков, женщин и детей, а вдали – на севере и на западе, куда ни бросишь взгляд, небо залито багровым отблеском, слышится рев, треск огня и отзвук грандиознейшей битвы. Кто ведет в бой этих воинов под побагровевшим небом, кто заставляет их проливать свою и чужую кровь? Кто направляет этот поток безоружных стариков и женщин? За этим просматриваются строгий порядок, глубокое религиозное постижение целей, терпение и выдержка… Новое переселение народов, последний поход Монголов!…

Может, Карма раскрыла новую страницу истории?
А что если с ними будет сам Царь Мира?
Но величайшая Тайна тайн не дает на это ответа.

Источник

Подпишитесь на наш телеграм-канал https://t.me/history_eco

Публикация на Тelegra.ph

  • тайн,бог,звер,книг,фрагмент

Leave a reply

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Генерация пароля