Михаил Смолин. Заговор декабристов. "Масонское действо" и величайший интеллигентский миф декабризма

Общество русского исторического просвещения «Двуглавый Орёл» выпустило в свет очередную книгу своей серии. Это исследование графини Софьи Дмитриевны Толь под названием «Масонское действо», посвящённое заговору декабристов

Книга графини Софьи Дмитриевны Толь является классическим исследованием по декабризму, внесшим много правды в эту глубоко затабуированную область преднамеренной лжи и замалчивания.

Графиня С. Д. Толь (1854-1917 гг.), урождённая графиня Толстая, была дочерью знаменитого русского консервативного государственного деятеля графа Дмитрия Андреевича Толстого (1823-1889 гг.) и статс-дамы С.Д. Бибиковой.

Графиня София Дмитриевна Толь, урождённая Толстая (1854 — 1917) — русская писательница и общественная деятельница, автор работ о масонстве.

Дмитрий Андреевич Толстой (1823 — 1889), русский государственный деятель и историк, граф, занимавший ряд ключевых постов в Российской империи. При Александре II он был известен как энергичный реформатор, а при Александре III — как проводник политики контрреформ.

«Вышедшая впервые в 1914 году книга «Масонское действо» сразу подверглась жесточайшему обстрелу из самых тяжёлых «освободительных» орудий. Рецензию в журнале «Голос минувшего» написал сам Семевский — один из учёнейших и уважаемых в либеральных кругах «адвокатов-апологетов» декабризма».

Возмущению его не было предела, так как книгой была затронута самая сердцевина общедемократического социального мифа о борьбе за свободу. Рецензент книги в очередной раз обдал исследователей масонства грубой бранью, сконцентрированной в данном случае на графине Толь.

Василий Иванович Семевский (1848 — 1916), русский историк либерально-народнического направления, доктор русской истории, профессор. В своей книге «Политические и общественные идеи декабристов» (1909) старался показать декабристов не как революционеров-разрушителей, а как реформаторов.

«Она просто больной человек, — писал, срываясь в истерику, Семевский, — страдающий особой болезнью — масонофобией. Пусть психиатры обратят внимание на эту болезнь, проявление которой можно найти и у некоторых других лиц; быть может, окажется, что это один из видов мании преследования» (Голос минувшего. 1914. № 7. С. 292.).

Подобный «разбор» исследования с фразами типа «бред тяжелобольного» (с. 293), «просто галлюцинация тяжелобольной» (с. 293) говорят лишь о сильнейшем раздражении не способного совладать с собой человека, даже не пытающегося привести какие-либо аргументы против утверждаемых в книге.

Л. А. Тихомиров вспоминал о Кропоткине, который всегда жутко сердился, когда с ним спорили о его доктрине анархизма.

«Ему субъективно, — писал Л. А. Тихомиров, — его химера кажется такой прекрасной, такой ясной, такой аксиомой, что и доказывать нечего. А возражения указывают (на) неосуществимость этой химеры, и защитить её никакими доказательствами нельзя. Вот он и сердится за свою святыню и даже, может быть, подозревает, что противник нарочно прикидывается не понимающим такой простой вещи. Говорят, сумасшедшие всегда сердятся, когда их понуждают объяснить свой «пунктик». Такое впечатление произвёл на меня и Кропоткин, в своих других отношениях умный и проницательный».

(Тихомиров Л. А. Тени прошлого. Воспоминания).

Лев Александрович Тихомиров (1852 — 1923), русский общественный деятель, политический теоретик, публицист, религиозный мыслитель и философ. Прошёл путь от революционера-народовольца до идеолога монархического движения.

Подобное же ощущение складывается, когда читаешь Семевского, который так уверен в непреложности и величии своей «святыни» — декабризма (революционно-демократического «пунктика» очень многих «освободителей народа»), — что невольно задаёшься вопросом: а нет ли другой болезни (гораздо более социально опасной и разрушительной) — революциофилии или филолиберализма, — эпидемической, повальной, при которой к психиатрам обращаться совершенно бесполезно из-за страшной её агрессивности, но которая излечивается либо тем, чем лечил её Император Николай Павлович, решившийся на крайние меры и приказавший выкатить на Сенатскую площадь орудия, либо универсальным историческим принципом «гад гада пожрёт», то есть давая возможность «пунктику» реализоваться в жизни и тем самым погубить большинство своих носителей, неминуемо начинающих «чистить свои ряды».

Один крупный русский консервативный мыслитель так разделял сферы деятельности в общественной жизни между мужчинами и женщинами: первым приписывал область формирования идей, а вторым отдавал область установления нравов.

Книга Софьи Толь 1914 года

Не вдаваясь в неуместные здесь доказательства обоснованности (нам, например, оно кажется верным) этого разделения социальных функций, хотелось бы заметить, что зачастую и у женщины-исследователя легко разглядеть за почти любой её темой главную для неё область — область нравов. Всё различие женщин-писательниц состоит в знаке отрицательном или положительном, который каждая из них вносит в эту область.

Вероятно, правильным будет предполагать, что по складу своего психологического мира женщина особенно чувствительна к нравственной области человеческой жизни, поскольку поставлена к ней ближе (как жена, мать, воспитатель), и сфера нравственного понятнее для её осмысления.

У графини С. Д. Толь в её исследовании этот особый, природный, женский психологический интерес к проблемам нравственным заметен с первых же страниц, когда она только ещё выдвигает цели своей работы. Главным для графини С. Д. Толь в декабризме являются не их идеи, о которых она говорит весьма скупо и как бы мимоходом, без особого интереса, а та приписываемая декабристам высоконравственность и идеальность, которая и возмущает её как женщину-историка.

«»Масонское действо» не является специально научным исследованием о заговоре декабристов, скорее, эту книгу графини С. Д. Толь можно назвать произведением из области критики политических нравов, что отнюдь не умаляет ее значения».

Графиня С. Д. Толь поставила себе задачу совершенно другого порядка — задачу нравственного развенчания самого движения декабризма и его главных лидеров. Её перо старалось внести свет в самую тёмную область, связанную с декабризмом, — в его отношения с «ночным братством», показать его безнравственные политические установки и что происходит с людьми, подчинившими себя масонским принципам.

Заговор декабристов. Фрагмент экспозиции исторических парков «Россия – Моя история»

Важность этой книги заключается в том, что она была, по сути, первой (если не считать довольно сухой и официальной книги-отчёта барона Корфа), в которой декабризм подвергся справедливой оценке как движение космополитическое, революционное и разрушительное для русского государства, как первое выступление части образованного слоя против своего государства.

Любой исследователь тайных обществ при всегдашней в таких случаях нехватке исторического материала стоит перед почти неразрешимой дилеммой: как делать свои обобщения и оценки того или иного тайного союза и сохранить при этом убедительность и логичность своих доводов.

«Такое серьёзное тайное общество, как масонство, всегда умело хранить свои тайны, и на общественное обсуждение исследователей зачастую попадали лишь отдельные разрозненные документы из его недр».

Потому-то во всех произведениях о масонстве есть большая, домысливаемая их авторами область, которую невозможно подтвердить документально (как в обычных исторических исследованиях), и вытекающая лишь из внутренней логики преследуемых масонством целей. Именно поэтому уже в конце своего труда графиня С. Д. Толь говорит:

«Влияние масонства на событие 14 декабря я документально доказать не могла, но надеюсь, что доказала их логически».

Есть в книге версии, доказать которые академически точно представляется почти невозможным. Так, конечно, невозможно наличествующими в современной исторической науки данными и документами «оправдать» версию графини С. Д. Толь, что мировое масонство в лице Сперанского, бывшего членом Верховного уголовного суда над декабристами, осудило Пестеля (действительного вожака декабристского дела) на смерть за самочинно, без ведома своего масонского начальства, поднятый бунт; конечно, это может восприниматься лишь как возможная версия, но это логическое допущение автора нельзя назвать минусом, так как подобные допущения абсолютно неизбежны в исследовании такой тайной темы, как масонство.

Поэтому тенденциозность графини С. Д. Толь в столь далеко идущих версиях, в такой запутанной сфере представляется оправданной. В противном случае историк должен был бы всё время умолкать, на каждом шагу своего исследования сталкиваясь с проблемой масонства, и принуждённый оставаться без достаточных материалов для продолжения своего исторического повествования. Зачастую версия, быть может, на первый взгляд, и неправдоподобная, лучше простого молчания.

Молчание в данном случае — не золото для историка, а научная трусость, в чём упрекнуть нашего автора невозможно…

Софьи Дмитриевны Толь «Масонское действо. Исторический очерк о заговоре декабристов», Посвящается светлой памяти царя-рыцаря. Прижизненное издание. С.- Петербург, 1914 год. Типография период. изд. Министерства Финансов.

Книга Софьи Дмитриевны Толь 2017 г издания

В этом историческом очерке автор не руководилась мыслью описать подробно историю тайных обществ в России в начале XIX столетия, написать биографию всех декабристов.
Ее задача гораздо скромнее: автор желала доказать, насколько это было возможно:

1). Что масонство было первопричиною возникновения всех тайных русских революционных обществ того времени. Принесших в виде своего первого плода бунт 14 декабря 1825 года;
2). Что декабристы в лице своих главарей далеко не были теми высоконравственными и идеальными «борцами за идею», какими их упорно прославляют в течение теперь 89 лет;
3). Что император Николай Павлович не был ни тираном, ни палачом, и что его светлый образ в угоду темным масонским силам так же упорно чернят. Как упорно возвеличивают всех политических заговорщиков времен Александра I.

В книгу включены также документальные материалы по делу о заговоре декабристов.

Она организовала на собственные средства ряд полезных учреждений для народа в Петербурге и родовом имении Толстых в Рязанской губернии. Особую известность в патриотических кругах приобрела благодаря своим исследованиям о масонстве. В книге используются материалы других исследователей масонства, документы из Государственного архива, воспоминания современников автора.

На иллюстрациях изображены знаки различных масонских лож, а также диплом на латинском языке, выданный П. И. Пестелю ложей «К Сфинксу» на степень мастера Шотландского братства Св. Андрея. В приложениях содержатся указ Екатерины II князю Прозоровскому, высочайше утвержденные правила для учащихся в Императорском Дерптском университете, указ графу Кочубею об уничтожении масонских лож и тайных обществ, указ управляющему Министерством внутренних дел Ланскому «об истребовании от чиновников обязательств о несостоянии в тайных обществах», проект манифеста, найденный в бумагах князя Трубецкого, указатель иллюстраций и объяснение к ним.

Павел Иванович Пестель (1793 — 1826), русский офицер, участник военных кампаний 1812–1814 годов, полковник, руководитель Южного общества декабристов. Один из пяти лидеров декабристского движения, казнённых по приговору суда.

Переиздание исследования С. Д. Толь включает также издание «Политическое масонство и его участие в крамоле России» М. Вашутина (псевдоним барона Таубе). Таубе Михаил Фердинандович (1855–1924) — математик, философ, поэт и публицист — дает своего рода рецензию на книгу С. Д. Толь.

МАСОНСКОЕ ДЕЙСТВО. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК О ЗАГОВОРЕ ДЕКАБРИСТОВ

Предисловие — 29
Семейное предание — 31
Союз спасения — 34
Союз благоденствия — 52
Северное и Южное общества и Общество соединенных славян — 62
Рылеев — 68
Пестель — 79
Суждения о Пестеле его биографа и его современников — 118
Бунт на Сенатской площади 14 декабря 1825 года — 124
Допросы декабристов в Зимнем дворце — 148
Пытали ли декабристов в Петропавловской Крепости? — 183
Смешение у декабристов понятий о добре и зле — 195
Конец трагедии — 211
Несколько слов о нравственном облике Николая I — 226

Приложение I. Указ Императрицы Екатерины II князю Прозоровскому 1 августа 1792 года — 231
Приложение II — 233
Приложение III — 234
Приложение IV — 236
Приложение V — 237
Масонский диплом Пестеля — 240

Манифест 13 июля 1826 года — 243
▪ Донесение комиссии для основания разрядов — 246
▪ Основание разрядов — 251
▪ Список подсудимых, коих вины, собственным их признанием обнаруженные, по особенному свойству их и степени не входят в общие разряды — 260
▪ Список подсудимых, с означением их вин, собственным каждого признанием обнаруженных — 263
▪ Список подсудимых, степень виновности коих усиливается особенным свойством преступления — 290
▪ Список подсудимых, коих вины уменьшаются разными обстоятельствами, изъясненными о каждом в общем списке — 292
▪ Список подсудимых, коими не учинено собственного признания во взводимых на них преступлениях — 294
▪ Назначение наказаний за преступления по разрядам — 301

Примечания — 302

Источник

Публикация на Тelegra.ph

Подписывайтесь нa наш телеграм-канал @history_eco https://t.me/history_eco

См. еще: