Николай Каверин. Криптокатолицизм как оружие Ватикана против России

Идея криптокатолицизма, предполагающая сохранение восточной традиции богослужения при подспудном насаждении симпатий к святому престолу, родилась, как ни странно, не в Риме, а в России, из идей Вл. Соловьева и священника Н. Толстого. В начала ХХ в. католицизм пытался внедрить в России глава греко-католиков Галиции А. Шептицкий и др., но попытки насаждения западного влияния пресекались правительством. После 1917 г. Ватикан, горячо приветствовавший разгром Церкви большевиками, оживился. Разрабатывались планы подчинения России Риму, притом небесным покровителем будущей унии должен был стать враг восточной Церкви И.Кунцевич, незадолго до того провозглашенный «святым». Иезуиту д'Эрбиньи, главе комиссии «Pro Russia» и Папского Восточного института, поручается создать внутри Православия экзархат католической церкви с тайной иерархией, византийским богослужением, монашеством и т.п. – т. н. «восточный обряд», который должен был послужить «мостом, по которому Рим войдет в Россию».
0
297
Ватикан

Если до 1917 года все мечты Рима об обращении России в католичество оставались бесплодными, то после большевистского погрома, по словам церковного историка К. Н. Николаева, «из хаоса и кровавого тумана пред взором Рима, устремленным на Восток, подымалось видение новой России, России католической».

Ватикан высоко оценивал «заслуги» большевистской революции в разрушении «схизматической» Церкви. Некоторые католические деятели говорили тогда открыто о «религиозной миссии антирелигиозного большевизма», расчищающего путь для постепенного перехода русского народа под омофор римского первосвященника.

Фанатичным вдохновителем идеи насаждения католичества в захваченной большевиками России («духовного завоевания» самой крупной православной страны) был вышеупомянутый иезуит и тайный помощник папы в восточной политике монсеньор Мишель д’Эрбиньи — глава папской комиссии «Pro Russia» и председатель Папского Восточного института, задуманного для подготовки священников-миссионеров восточного обряда. Еще в 20-х годах д’Эрбиньи, будучи чрезвычайным папским полномочным в «восточных делах», посещая Советскую Россию и пользуясь гонениями на Патриарха Тихона, сначала пытался склонить к Риму обновленцев-живоцерковников, а затем перенес свои усилия, совместно с католическим епископом Пием Невё, на тихоновский епископат, надеясь добиться избрания на Всероссийский патриарший престол епископа, тайно перешедшего в католичество.

В письме д’Эрбиньи епископу П. Неве говорилось: «Мой план сводится к следующему: нужно подготовить избрание русского патриарха из числа епископов, находящихся сейчас на территории России, который, прежде чем открыто объявить о своем избрании, перебрался бы на Запад и, может быть… пошел бы на заключение унии со Святым престолом. Учитывая все сложности нынешней ситуации, нужно найти способ, чтобы лучшие из находящихся в России епископов выбрали кандидата на патриарший престол. Я думаю, что для этой роли подошел бы епископ Варфоломей… Если все это возможно сделать, то провозглашение русского патриарха Ватиканом или благодаря Ватикану вполне может вызвать положительную реакцию».

Архиепископ Варфоломей (Ремов)

В католическом журнале «Истина и Жизнь» (1996. №2. С.34) сообщается, что среди документов, находящихся в архивах Генеральной курии конгрегации ассумпционистов в Риме, хранятся, скорее всего, единственные экземпляры двух официальных грамот комиссии «Pro Russia» — от 25 февраля и 3 июля 1933 года — об учреждении титулярной кафедры Сергиевской в юрисдикции Рима (причем эта кафедра рассматривалась как уже существующая в Православной Церкви), о поставлении на нее «уже облеченного епископским саном в восточном обряде» Его Преосвященства монсеньора Варфоломея (Николая Федоровича Ремова) и о назначении владыки Ремова викарием Апостольского администратора Москвы (епископа Неве) для католиков восточного обряда. Латинские подлинники этих грамот имеют гриф «Pontificia Comissia Pro Russia» и заверены печатью с двумя подписями: президента комиссии епископа Мишеля д’Эрбиньи и ее секретаря Ф. Джоббе. «Это, — сообщает журнал «Истина и Жизнь», — как и многое другое из того, что делалось комиссией «Pro Russia», имело полусекретный характер и осуществлялось хотя и с ведома Святого Престола, но исключительно авторитетом епископа д’Эрбиньи, имевшего относительно всех «восточных дел» чрезвычайные полномочия от папы».

Необходимо отметить, что понятие «тайный католик» не предполагает формального разрыва с Православной Церковью: тайный переход в католичество означает негласное принятие духовного лица в сущем сане в лоно т. н. «Вселенской церкви», то есть в евхаристическое общение и иерархическую связь с римским епископом (папой); при этом продолжается служение в Православной Церкви в прежнем сане и должности с целью постепенного насаждения среди прихожан и, возможно, духовенства симпатии к Западной «Матери-церкви» (римскому «святому престолу») и к католическому вероучению. Делается это очень осторожно и незаметно для неискушенных в богословских вопросах.

И.С. Гагарин

Среди первых русских католиков середины XIX века назовем имена русских иезуитов — князя И. Гагарина, Е. Балабина, И. Мартынова, В. Печерина. История тайного католицизма «восточного обряда» начинается, по-видимому, лишь в конце XIX века. Сама идея «криптокатолицизма» родилась, как ни странно, не в Риме, а в России и восходит к идеям Вл. Соловьева и первого русского католического священника Николая Толстого. Рукоположенный в 1893 году после окончания Московской Духовной Академии в сан православного священника, Н. Толстой уже в 1894 году принимает исповедание католической веры. Развивая взгляды Вл. Соловьева, о. Николай Толстой хотел оставаться официально православным приходским священником, но в то же время вести «пропаганду в пользу католичества» и тайно причащать католиков. Однако в 90-х гг. XIX века римский папа Лев XIII еще не мог согласиться с такими авантюрными планами, и криптокатолицизм оставался нереализованной, чисто русской идеей тайной католической миссии в России.

Н.А. Толстой

Отметим, что кроме о. Николая Толстого в 1896 году под влиянием ксендза М. Фульмана (впоследствии католического епископа Люблина) переходит в католичество благочинный Нижегородской епархии священник Алексий Зерчанинов, который после 1905 года устраивает в Петербурге на Полозовой улице домовую церковь первой русской католической общины.

В начале XX века необходимость возникновения миссии «восточного обряда» в России для приведения русского народа к единству с Римским престолом разрабатывал и пропагандировал лютый враг Православия и России униатский митрополит Андрей Шептицкий — глава греко-католиков в Галиции. Именно митрополит Шептицкий в значительной степени повлиял на формирование взглядов о. А.Зерчанинова, приняв его в свою юрисдикцию с условием «неуклонно соблюдать греко-славянский обряд во всей чистоте».

Шептицкий добился в 1907 и 1908 годах от папы Пия X чрезвычайных полномочий для своей миссионерской деятельности вне пределов Галиции, т. е. в России.

Митрополит А. Шептицкий

В 1908 году Шептицкий тайно от российских властей, переодевшись в светский костюм и под чужим именем, посещает Россию и в Петербурге ведет тайные переговоры с некоторыми православными и старообрядческими архиереями и священниками о возможности их присоединения к Риму и даже о возглавлении будущей русской католической церкви. В результате в том же 1908 году происходит курьезный случай обращения в католичество старообрядческого священника белокриницкой иерархии о. Евстафия Сусалева из города Богородска Московской губернии. Папская комиссия в Риме признала каноническую действительность рукоположения старообрядческого священника и Евстафий Сусалев был принят именно как «старообрядец, приемлющий общение с Римским престолом».

Как отмечал историк К.Н. Николаев, «старообрядчество, признающее власть папы — вот та высота, на которую подымается воображение Рима». В 1909 году Евстафий Сусалев переезжает в Петербург и там вместе с о. А.Зерчаниновым при содействии кузины Столыпина Наталии Ушаковой, совращенной в унию одним иезуитом, открывает первый русский католический храм восточного обряда. Этот петербургский храм однажды посетил викарий петербургского митрополита епископ Никандр, который после службы признал, что «такие богослужения ударяют в самое сердце Православия». Раскрытие в столице православной империи очага униатской пропаганды произвело сенсацию, и правительство, произведя детальное расследование, распорядилось закрыть его. После этого богослужения по «восточному обряду» стали совершаться тайно.

А. Абрикосова

В Москве организатором русского католичества была Анна Абрикосова, происходившая из богатого купеческого дома. Обучаясь за границей в университете, Абрикосова в 1908 году перешла в католичество. Замуж она вышла за своего двоюродного брата Владимира Абрикосова, который через год также перешел в католичество. Богатый и открытый дом Абрикосовых стал местом католической пропаганды в сердце православной Москвы.
Анна Абрикосова часто ездила за границу и дважды была принята папой Пием X. За границей она вступила в католический орден доминиканцев и приняла имя Екатерины в честь латинской святой Екатерины Сиенской. По возвращении в Москву Абрикосова начинает вместе со своим мужем миссионерскую работу среди русской московской интеллигенции. Она устраивает в своем доме в Москве подобие женского монастыря латинского обряда — доминиканскую общину, состоявшую из десятка молодых русских девушек. В 1917 году униатский митрополит Шептицкий посвящает Владимира Абрикосова в священника восточного обряда, и Екатерина Абрикосова со своими «сестрами» также переходят в «восточный обряд».

Икона Л. Федорова в церкви св. Антония при Руссикуме

В 1917 году в Петрограде на синоде «греко-католической церкви в России» учреждается русский католический экзархат восточного обряда во главе с о. Леонидом Федоровым, и восточная миссия, пользуясь погромом Православной Церкви новым режимом, разворачивает новый этап деятельности среди православных в России: согласно указанию папы, полностью сохранялась восточная православная традиция в богослужении, а «небесным покровителем» будущей «Святой Унии» стал Иосафат Кунцевич — «мученик католического единства», изувер и жесточайший враг Православия.

Икона Иосафата Кунцевича

В музее Полоцка хранились (и, возможно, хранятся до сих пор) орудия пыток, которым подвергались православные после Брестской унии. Незадолго до своей смерти в 1623 году Иосафат Кунцевич приказал раскапывать могилы православных и бросать их останки псам. Последним, ставшим для него роковым, злодеянием Иосафата был приказ убить православного священника, не пожелавшего отречься от своей веры.

В том же 1917 году папа Бенедикт XV создает новую Конгрегацию «для восточных церквей», римская курия разрабатывает практические планы подчинения России. На основе этой Конгрегации Бенедикт XV основывает высшее учебное заведение — Папский Восточный институт, в который принимаются как клирики латинского обряда, предполагающие работать на Востоке, так и клирики восточных православных Церквей. Этот миссионерский рассадник готовит священнослужителей «для Божьего апостольства среди восточных христиан». В 1922 году папа Пий XI передает этот институт в ведение иезуитов, и ректором его становится Мишель д’Эрбиньи.

Именно прелату д’Эрбиньи Ватикан поручает осуществить фантастическую идею — создать внутри Православия экзархат католической церкви с тайной иерархией, византийским богослужением, монашеством, каноническим правом — т. н. «Восточный обряд». Это казалось вполне возможным, ибо к услугам была испытанная армия иезуитов.

«Польша, — пишет историк и юрисконсульт Синода Православной Церкви в Польше 20-х гг. К.Н. Николаев, — была сделана миссионерской областью, плацдармом для разворачивания сил по наступлению на Россию, потому что Россия была закрыта и никакой иной территории не имелось. Православная Церковь в Польше вполне была Церковь русская, со всеми ее особенностями и бытовыми чертами, и на ней лучше всего было учиться и производить опыты подчинения православного русского народа Риму… Это было русское опытное поле».

«Восточный обряд» — новый способ миссионерства Ватикана — был вызван к жизни иезуитами после неудачных попыток уний, в результате которых в общение с Римом вовлекалась лишь часть Православной Церкви, и после беспощадной латинизации в прошедшие века, когда церковное сознание православного народа предпочитало скорее лишения, гонения и даже смерть, чем измену святоотеческой вере. По словам историка К.Н. Николаева, «восточный обряд» должен был стать «мостом, по которому Рим войдет в Россию».

Источник

Подпишитесь на наш телеграм-канал https://t.me/history_eco

Публикация на Тelegra.ph

  • Ватикан,оружие,Каверин, России,

Leave a reply

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*