Эрик Фраттини. Операции Святого престола в годы 1-й мировой войны

С началом 1-й мировой войны Ватикан превратился в поле боя разведки и контрразведки – как своих собственных (Священного Альянса и Sodalitium Pianum), так и мировых, представлявших государства, противостоявшие друг другу в войне. Правительство Италии склонялось к вступлению в войну на стороны Антанты, в то время как папа Бенедикт XV, получая финансирование от кайзера Германии, путем подкупа членов парламента и прессы, формировавшей общественное мнение в пользу нейтралитета Италии, препятствовал ее союзу с Антантой. Когда Италия все же вступила в войну, папские и германские спецслужбы объединились для участия в «операции Эйр» – подготовке т.н. Пасхального восстания в Ирландии против англичан (1916). Расчет состоял в том, чтобы Англия отвела часть войск от линии фронта. Финансировалась операция за счет средств, выделяемых Германией Ватикану, который, возможно, вел двойную игру: по некоторым данным, руководителя восстания Р.Кейсмента сдал англичанам не кто иной, как агент Бенедикта XV.
0
217
Престол Свят операц войны мировой

Убийство в Сараеве эрцгерцога Франца Фердинанда 28 июня 1914 года послужило поводом к началу Первой мировой войны

Священный Альянс задолго до начала Первой мировой войны предупреждал о ней в своих информационных сводках. Несомненно, в своей ненависти к православию Святой престол подталкивал императора Австро-Венгрии Франца-Иосифа к уничтожению сербов. После трагедии в Сараеве представитель Баварии в Ватикане барон Риттер писал своему правительству: «Папа одобряет ужасные меры, которые принимаются в Сербии».

После смерти Пия X 20 августа 1914 года его место занял Джакомо делла Кьеза – Бенедикт XV, который с началом Первой мировой войны предпринял шаги для смены политического курса Ватикана. И началась она с удара по анти-модернистам.

Бенедикт XV

С конца XIX в. внутри католической церкви шла борьба между традиционалистами и сторонниками прогресса, т. н. модернистами; именно к этой эпохе относится рождение папской службы контрразведки Sodalitium Pianum (S.P.), вдохновителем которой стал Умберто Бениньи.

Бенедикт XV сместил ряд кардиналов, отправив их на ничтожные должности, в том числе снял с поста государственного секретаря Ватикана могущественного кардинала Рафаэля Мерри дель Валя (его сменил Пьетро Гаспарри), а главное, сделал распоряжение об отставке монсеньора Умберто Бениньи с поста главы контрразведывательной службы Sodalitium Pianum.

Очевидной перемена политического курса стала после того, как Бенедикт XV выпустил энциклику Ad Beatissimi, которая означала конец так называемых «интегристов» — слово, которое папа ни разу не употребил в этом документе. (По Бениньи, понятие «католик-интегрист» должно было использоваться в качестве противопоставления понятиям «либеральный католик» или «католик-модернист»).

Тем не менее, Sodalitium Pianum продолжала процветать в охваченном войной мире вплоть до 1919 года, когда были опубликованы некоторые обнаруженные немецкими спецслужбами документы из ее архива.

Тем временем Первая мировая война шла совсем не так, как было намечено в 1906 году планом Шлиффена (тактика молниеносных бросков и быстрая победа Германского рейха). С момента битвы при Марне 9—12 сентября 1914 года немцы вынуждены были отступать, что это меняло весь ход военных действий.

Ватикан тем временем превратился в театр если не военных действий, то действий разведки и контрразведки.

И австрийская, и немецкая дипломатии имели своих представителей при папском дворе. Германия еще с XIX века имела в Риме двух послов — прусского и баварского. Австрию представлял принц Шонберг. Все три дипломата имели большой опыт в ведении дел и с Римской курией (в особенности с епископами и кардиналами), и с итальянской прессой.

В то же время дипломатический корпус союзников вынужден был общаться с низшими чинами понтификальной администрации. Единственным послом стран союзников и представителем интересов России, имевшим хоть какие-то связи в высших сферах Ватикана, был посол Бельгии.

Дипломатии центральноевропейских империй, Германии и Австрии, противостояли кардинал Фрэнсис Эйден Гаскей и его секретарь Филипп Лангдон, который на самом деле работал на Священный Альянс, пропагандируя интересы стран-союзников.

Гаскей считал необходимым оказывать союзникам поддержку в их борьбе с милитаризмом, который воплощали собой центральноевропейские империи. Поэтому с помощью своего верного Лангдона он собирал для Священного Альянса информацию и переправлял ее в Лондон.

Фрэнсис Эйден Гаскей

В одном из сообщений, которые кардинал Гаскей довел до сведения Министерства иностранных дел Великобритании, говорилось об усилиях, предпринимаемых имперской разведкой, чтобы склонить Святой престол на сторону Австрии и Германии. В своем письме Гаскей настоятельно рекомендовал британским внешнеполитическим службам незамедлительно отправить своего посла к Святому престолу.

И в ноябре 1914 года Лондон направил сэра Генри Ховарда, отставного дипломата, который в первом же своем докладе описал прогермански настроенный Ватикан.

Папа приказал кардиналу сообщать о действиях имперских шпионов в Ватикане сначала Священному Альянсу, а уж потом англичанам. Однако Гаскей опасался, что немецкие или австрийские шпионы могли внедриться в Священный Альянс или даже в контрразведку Sodalitium Pianum.

И Гаскей, и английский дипломат Ховард отдавали себе отчет, что имперцы пытаются склонить папу на свою сторону и что этим попыткам надо давать отпор.

В начале 1915 года война превратилась в затяжную. Обе стороны искали новых союзников; целью обеих сторон стало привлечение к войне Италии.

Священный Альянс уже успел поставить папу и кардинала Пьетро Гаспарри в известность о намерениях итальянских политиков. Агентурная служба понтифика знала, что представители правительств Рима и Австро-Венгрии встречались для переговоров о вступлении Италии в войну. Платой Италии за помощь Австрии и Германии должны были стать так называемые Ivrre irredente — италоязычные территории и области Трентино, находившиеся во владении Австрии.

С другой стороны, папская разведка обнаружила, что римское правительство в то же время вело переговоры с Антантой о своем нейтралитете в войне. Если бы Италия продолжала придерживаться нейтралитета, а страны Антанты выиграли войну, королевство Италия опять-таки получило бы земли, которые до тех пор принадлежали Австрии.

Многие высшие иерархи Римской курии благосклонно относились к вступлению Италии в войну на стороне Австрии и Германии, главных оплотов католицизма в Центральной Европе, служивших барьером на пути распространения русского православия и панславянизма. Это способствовало активизации деятельности немецкой агентуры в пределах Ватикана, часто при поддержке папской контрразведки.

21 февраля 1915 года агенты Священного Альянса отметили прибытие в Рим Матиаса Эрцбергера, главы Центристской католической партии Германии. Этот человек пользовался большим уважением в высших сферах Ватикана и был знаком с самим папой.

Матиас Эрцбергер

В течение весны 1915 года Эрцбергер несколько раз посетил столицу Италии, устраивал деловые встречи в посольствах Австрии и Германии и беспрестанно появлялся во дворцах Ватикана.

Предложение, с которым немецкий политик и шпион прибыл от имени кайзера Вильгельма к Бенедикту XV, состояло в том, что австрийский Трентино автоматически перейдет к папе, и это позволит создать вокруг Ватикана самостоятельный анклав и откроет понтифику коридор к морю. В S.P. это предложение рассматривалось благосклонно; со своей стороны, Священный Альянс настоятельно рекомендовал Гаспарри не принимать это предложение.

И Бенедикт XV, и государственный секретарь Гаспарри знали, что стоит только сказать Эрцбергеру «да», и нейтралитету понтифика в этой войне придет конец. И его святейшество, и Гаспарри ни на секунду не верили, что после окончания войны Австрия или Италия допустят правление в Трентино церковной администрации, но им становилось все яснее, что со времени начала Первой мировой войны интересы Германии и Ватикана впервые оказались близки.

Эрцбергер представлял собой надежный канал для циркуляции информации между Святым престолом и Берлином и, по сути, превратился в соратника Священного Альянса. Кроме того, немецкий шпион обернулся независимым источником финансирования Ватикана: по приказанию кайзера Вильгельма Эрцбергер лично передавал в папскую казну крупные суммы денег в качестве «пожертвований».

С 1914 года папские сундуки по причине вызванного войной экономического кризиса, который коснулся всей Европы и в том числе Италии, были почти пусты. Ватикан отказался от прописанной еще в так называемом «Законе о гарантиях» 1871 года ежегодной контрибуции, которую итальянское правительство должно было выплачивать в качестве компенсации за потерю папских областей. Папа думал, что пожертвований пилигримов и «обола Петра» будет достаточно для покрытия расходов не только собственно Святого престола, но и многочисленных учреждений католической церкви, разбросанных по всему миру.

Однако война прервала поток туристов и пилигримов и их пожертвований Ватикану, чье финансовое положение стало столь шатким, что функционирование всей папской машины оказалось под угрозой.

Итак, кайзер Вильгельм начал передавать Ватикану через Эрцбергера «скромные пожертвования», вскоре превратившиеся в миллионы, которые переводились через швейцарские банки. А кардинал Пьетро Гаспарри, чтобы избежать подозрений со стороны стран, входивших в Антанту, дал Священному Альянсу распоряжение учитывать пересылаемые кайзером Вильгельмом деньги как часть так называемого «обола Петра».

В качестве связного в тайных финансовых операциях Ватикана с Германией Священный Альянс избрал некоего отца Антонио Лапому, прогермански настроенного священника из города Потенца. С этого момента отец Лапома и шпион Матиас Эрцбергер вместе начали осуществление так называемой операции «Белый Медведь» (под этой кличкой немецкие агенты в Риме знали папу Бенедикта XV).

Начальным этапом операции «Белый Медведь» стал сбор в городах империй средств для нужд Ватикана. Эрцбергер вернулся в Берлин, где организовал целую сеть сборщиков пожертвований не только в кругах богобоязненных католиков, но и среди лютеран и протестантов. Правительство Вильгельма принудило предпринимателей, банкиров и даже домохозяек принимать активное участие в сборе средств, не раскрывая им факта, что средства уйдут Ватикану: гражданам Германии объясняли, что деньги предназначались для тех, кто был ранен в сражениях.

Агент кайзера поддерживал тесную связь с одним из сотрудников немецкого посольства в Риме, неким Францем фон Стокхаммерном, который с началом войны принял на себя руководство секретными германскими агентурными сетями в Италии. Чтобы не допустить вступления Италии в войну, Эрцбергер и Стокхаммерн в тесном сотрудничестве со Священным Альянсом в лице Антонио Лапомы проводили тайные операции.

Нейтралитет Италии был для папы ключом к кайзеровским миллионам марок. Итальянская католическая пресса, провозглашавшая себя выразителем мнения итальянских граждан, твердо стояла на защите нейтралитета Италии, получая «вспомоществования» из тех денег, которые кайзер Вильгельм переправлял в Ватикан через швейцарские банки.

Пьетро Гаспарри

Благодаря этой кампании, руководимой агентом германской разведки фон Стокхаммерном и агентом Священного Альянса Антонио Лапомой, общественное мнение стало склоняться на сторону центральноевропейских империй и нейтралитета Италии и настраиваться против Антанты.

Сэр Генри Ховард подал формальный протест государственному секретарю кардиналу Пьетро Гаспарри. Результаты были весьма незначительны — Гаспарри обещал попросить редакторов газет по возможности придерживаться большего нейтралитета. Папа Бенедикт XV даже поручил Гаспарри самому написать статью с осуждением редакторов этих изданий. Но критика на страницах газет только усиливалась, хотя Гаспарри выдавал время от времени субсидии той или другой газете, чтобы та или иная статья или карикатура на Антанту остались неопубликованными. Эти субсидии также брались из кайзеровских миллионов.

Антонио Саландра

Поздней весной 1915 года папские шпионы сообщили немцам, что первый министр Италии Антонио Саландра и министр иностранных дел Сидней Сонино с помощью парламента и кабинета министров готовятся утвердить договор, тайно подписанный в Лондоне. Согласно договору, Италия должна была вступить в войну на стороне Франции и Великобритании. Также шпионам папы стало известно, что несколько министров – сторонников нейтралитета, выразили несогласие с договором.

Эрцбергер получил из Берлина пять миллионов лир, чтобы распределить их между несколькими членами итальянского парламента. Австрийцы уже успели подкупить депутатов, а немцы (через Стокхаммерна) —журналистов, которые должны были усилить нападки на Антанту. Отец Лапома должен был собрать подписи епископов и кардиналов против вступления в войну. В этом деле ему помогали отец Фонк, директор Иезуитского института Библии, агент службы контрразведки с большим стажем, и монсеньор Бонкомпаньи, который занимал высокий пост в Ватикане и имел обширные связи в Римской курии и среди римской аристократии.

Кроме того, нужна была поддержка Бенедикта XV. Хотя швейцарская гвардия закрывала ворота в девять вечера, а за всеми входами и выходами наблюдали сотрудники разведывательной службы и итальянская полиция, секретарь папы Дж. Мигоне сумел провести шпиона Стокхаммерна в апартаменты папы.

Во время этой аудиенции Стокхаммерн открыто предложил папе в обмен на удержание Италии от вступления в войну территорию австрийского Трентино. Бенедикт XV в ответ посулил германскому агенту всю возможную помощь Ватикана во время следующего заседания кабинета министров.

Но все эти интриги, как и пропагандистские операции, не смогли отвратить неотвратимое. 23 мая 1915 года Италия объявила войну Австрии.

Вскоре итальянские спецслужбы обнаружили, что между спецслужбами Германии и папской агентурной службой, как и самим Бенедиктом XV, существует взаимодействие с целью оказания влияния на политические решения итальянского правительства. После вступления Италии в войну Германия и Австрия закрыли свои посольства в Риме и отозвали дипломатов. Теперь их посольства при Святом престоле разместились в швейцарском городе Лугано. Франц фон Стокхаммерн перенес в нейтральную Швейцарию и «генеральный штаб» шпионской деятельности. Из безопасного места, каким являлся Лугано, Германия вместе со Священным Альянсом организовывала тайные операции против Италии и других стран — членов Антанты.

Одна из таких операций была проведена в Ирландии и финансировалась (поначалу без ведома папы) из размещенных на секретных счетах в швейцарских банках фондов, которые кайзер Вильгельм переводил Ватикану.

Бывший сотрудник британского консульства Роджер Кейсмент установил контакт с послом Германии в Вашингтоне графом фон Бернсторфом и поставил пред ним вопрос о возможности помощи ирландцам со стороны кайзера Вильгельма II. План Кейсмента состоял в том, чтобы поднять в Ирландии вооруженное восстание против британских оккупантов, которое для Германии могло бы оказаться полезной отвлекающей операцией: Англия была бы вынуждена отвести часть войск от линии фронта.

Ирландский националист Роджер Дэвид Кейсмент

2 ноября 1915 года Кейсмент прибыл в Берлин. Отвечать за так называемую операцию «Эйр» было поручено Францу фон Стокхаммерну. Кейсмент предложил Стокхаммерну сформировать и вооружить за счет Германии армейское соединение из ирландцев. Ядром этого соединения могли бы стать ирландские солдаты, служившие в английской армии и оказавшиеся в немецком плену. Кейсмент мог бы заняться отбором людей, а Стокхаммерн должен был взять на себя финансовые вопросы и проблему вооружения этого войска.

Для этого предполагалось использовать часть трофейного оружия, добытого у русских на восточном фронте. Что касается финансов – немецкий агент вспомнил о деньгах, которые кайзер переводил папе Бенедикту XV за помощь в деле сохранения Италией нейтралитета. Основная часть этих средств все еще находилась на номерных счетах Ватикана. Шеф германской разведки знал, что, если эта операция раскроется, Германия должна будет всего-навсего отвергать все обвинения и переадресовывать их в Ватикан, поскольку объяснить связь Рима с восстанием ирландских патриотов-католиков против армии протестантов-англичан будет очень просто.

Пока Кейсмент объезжал немецкие концентрационные лагеря в поисках военнопленных-ирландцев, деньги, прежде принадлежавшие Ватикану, начали перетекать на секретный счет, открытый в Швейцарии на имя ирландского дипломата. Через несколько недель Кейсмент уже имел согласие доброй сотни человек вступить в так называемое ирландское повстанческое войско.

Немцы внимательно следили за продвижением этой операции, пока Священный Альянс не обнаружил утечку денег со счетов Ватикана на счет Роджера Кейсмента. Когда об этом сообщили государственному секретарю Пьетро Гаспарри и папе Бенедикту XV, последовало распоряжение о немедленной встрече с Францем Стокхаммерном в швейцарском городе Люцерне. От немецких спецслужб потребовали объяснений; Стокхаммерн ответил, что набирались отряды из ирландцев, которые ненавидели англичан и готовы были сражаться на стороне Германии.

Тем временем Кейсмент попытался нелегально переправить в Ирландию троих завербованных им ирландцев из концентрационного лагеря Рутлебен, которые должны были связались с вождями ирландских революционеров. Но в городе Корке одного из этих людей арестовали и отправили в Лондон для допроса.

Этот человек в обмен на деньги и обещание сохранить ему жизнь раскрыл англичанам операцию «Эйр», а также тот факт, что Роджер Кейсмент был связан с немцами и, возможно, с Ватиканом. Узнав об аресте одного из «курьеров», Кейсмент хотел отменить операцию, но Стокхаммерн настоял на ее продолжении, приведя в качестве аргумента колоссальные суммы, потраченные на ее финансирование.

Согласно плану, который Стокхаммерн получил к началу апреля, корабль «Ауд», маскируясь под рыболовецкое судно нейтральной Норвегии, должен был доставить на побережье залива Трали двадцать тысяч русских винтовок. Начало восстания было намечено на пасхальное воскресенье 23 апреля. Однако от Германии ожидали, видимо, помощи значительно большей, чем та, которую она готова была оказать. Кейсмент, зная, что ирландские лидеры пребывают в заблуждении, хотел попасть в Ирландию на немецкой подводной лодке, чтобы задержать начало восстания, в провале которого не сомневался.

Историки выдвигали разные версии о роли агентурных служб римского папы в «Пасхальном восстании» 1916 года.

Согласно одной из них, дешифровщики Священного Альянса сумели раскрыть шифры немецкого военного флота через две недели после начала войны и передали их первому лорду британского Адмиралтейства Уинстону Черчиллю. По другим источникам, эти шифры, переданные Черчиллю, раскрыли в Мурманске русские.

Как бы то ни было, английские морские спецслужбы, имея ключи немецких шифров, узнали, что немцы намерены переправить ирландским повстанцам огромное количество оружия на борту рыболовецкого судна «Ауд». Но когда английские сторожевые корабли попытались задержать «Ауд» около Трали-Бей, корабль поднял флаг Германии, а затем взорвался.

Роджер Кейсмент прибыл к берегам Ирландии ранним утром Святой Пятницы — 21 апреля 1916 года. Два лидеpa восстания, Монтей и Кейси, сидели на веслах маленького суденышка, на котором пытались достичь берега. Им пришлось бороться с сильным прибоем, и от удара волн лодка перевернулась. Кейси утонул, но Кейсмент и Монтей сумели-таки выбраться на берег, где их окружили уже ожидавшие на берегу английские солдаты.

Все, что планировали повстанцы, шло не так. Получив в Святую Субботу известие о том, что «Ауд» перехвачен, а сэр Роджер Кейсмент арестован, лидеры повстанцев поняли, что их предприятие обречено на провал, и отдали приказ отменить операцию.

Ирландский революционер Джеймс Конноли, принимавший участие в подготовке операции «Эйр», обратился к своим людям с краткой речью и сообщил им, что они больше не являются ни членами Ирландской Гражданской Гвардии, ни Ирландскими Добровольцами. Теперь они входили в «Ирландскую Республиканскую Армию». Именно в тот момент ИРА появилась на свет.

Английские войска в Дублине неожиданно подверглись нападению, но быстро пришли в себя, и вскоре силы ирландцев были разгромлены, а их вожди взяты и плен. Всего было вынесено 77 смертных приговоров (в исполнение были приведены не все); Роджер Кейсмент был казнен 3 августа 1916 года в тюрьме Пентонвиль.

Некоторые британские круги обвиняли спецслужбы Ватикана в том, что они с самого начала поддерживали «Пасхальное восстание», планы Стокхаммерна и Кейсмента. С другой стороны, историки, в основном ирландские, обвиняли Бенедикта XV, его государственного секретаря Гаспарри и агента Священного Альянса Лапому в том, что они бросили католическую Ирландию на произвол судьбы и не помогли ей в борьбе против протестантской Англии.

В различных биографиях Роджера Кейсмента утверждается, что некий агент Ватикана (по всей видимости, отец Антонио Лапома) мог предать Кейсмента в руки англичан на берегу Трали-Бей по приказанию римского папы или государственного секретаря Ватикана, поскольку Бенедикту XV сильно не понравилось, что германская разведка тратила деньги, предназначенные для покрытия расходов Святого престола и поддержания его развалившейся экономики, для финансирования восстания в Ирландии.

***

Как бы то ни было, в целом Бенедикт XV симпатизировал врагам Италии, и чтобы не допустить использования Германией и Австрией Ватикана в качестве источника разведывательной информации, итальянские спецслужбы усилили наблюдение за деятельностью папы и его ближайших советников.

А Священный Альянс обнаружил, что подписанный министром иностранных дел Сонино Лондонский договор, формально подтверждавший вступление Италии в войну, содержал секретную статью. Так называемая «статья № 15», поддержанная Лондоном, Парижем и Санкт-Петербургом, исключала участие Ватикана, или папы, или кого-либо из высших лиц при Святом престоле в будущей мирной конференции.

По материалам книги “Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана”

Источник

Подпишитесь на наш телеграм-канал https://t.me/history_eco

Публикация на Тelegra.ph

Еще по теме:

Священный Альянс: первая спецслужба Ватикана

Рождение Sodalitium Pianum – контрразведки Ватикана

  • Престол,свят,операц,войны,мировой

Leave a reply

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*