Михаил Серяков. Образ грифона в славянском язычестве

Несмотря на знакомство с этим мифическим образом еще с минойской эпохи, грифоны устойчиво связывались древними греками с индоиранским миром. Действительно, образ грифона был достаточно широко распространен сначала в скифском, а затем и в сарматском искусстве и, соответственно, в религиозных представлениях. Интересно отметить, что аналогичным образом поступали и древние иудеи, приписывавшие эмблему грифона маздеистскому Ирану на том основании, что в основу его религии был положен принцип дуализма

Предисловие А.Колтыпина. Очень обстоятельное исследование Михаила Серякова о происхождении и значении образа грифона, в котором он показывает, что 1) “грифоны устойчиво связывались древними греками с индоиранским миром“, 2) грифоны были царским солнечным символом на Востоке и в Скифии, 3) грифоны связывались с Гипербореей и Аполлоном Гиперборейским, 4) от Скифии образ грифона перешел к славянам, 5) от западных славян образ грифона попал в Западную Европу, 6) в западном мире, одной стороны, он остался символом справедливости и порядка (маздеистский Митра?), а с другой стороны, превратился в дракона, грифона-змея, которого поражает мечом рыцарь (впоследствии Георгий Победоносец), 7) а еще грифоны считались проводниками в Рай.

В данной статье мне остались непонятными утверждения автора, что образ грифона был заимствован скифами у греков, что родоначальники западнославянских князей, принесшие образ грифона, были современниками Александра Македонского, а самое главное, легенда о даре Александра Македонского славянам, согласно которой он передал им все Земли от Италии до севера.

Какое отношение имел Александр Македонский к гипербореям? Особенно с учетом того, что он был вознесен на небо на двух грифонах. Это – предмет моих следующих расследований. Следите за публикуемыми мной материалами – я с вами буду делиться информацией.

Читайте и смотрите также

Александр Колтыпин. История противостояния белых и земноводных богов с момента их появления на Земле до наших дней: Тартария, СССР, Третий рейх и Холодная война

Александр Колтыпин. Грифон или дракон (можно ли датировать разделение Руси и Тартарии временем правления Ивана III)?

Георгий Победоносец убивает грифона – символ Тартарии?

Владислав Тележко. София Киевская, грифоны и скифы

Дмитрий В. Белоусов. Грифон Тартарии…

(и другие работы, опубликованные на сайте – ищите в поиске и на карте сайта)

***

Грифон – символ славян

Специально рассматривавший геральдику в качестве вспомогательного исторического источника Д. Н. Егоров отмечает, что на территории Германии гриф (искусствоведы обычно предпочитают называть это мифическое животное грифоном) встречается исключительно в гербах, ведущих свое происхождение от славян рыцарских родов. Более того, сами немецкие позднесредневековые источники констатируют связь грифона именно со славянским язычеством: «Есть, наконец, ценное указание, связывающее «грифа» именно со славянским паганизмом, идущее, к тому же, от одного из крупнейших гербоведов XV века: рыцарь Грюнемберг в 1486 г. рассказывает, что у «вендов» (славян – А.К.) на далматинском побережье, именно в Заре, было божество-гриф, изображение которого рассеялось, как только прикоснулся победный символ креста» (Егоров Д. Н. Колонизация Мекленбурга в XIII в. Славяно-германские отношения в Средние века, т. 1, М., 1915, с. 444).

Грифон у западных славян

Следует отметить, что сочетания бычьей головы и грифона местная традиция относила к незапамятным временам, к самому началу возникновения династии западнославянских князей. Так, Николай Марешалк Турий в своих написанных еще в XV в. «Анналах герулов и вандалов» (с последними писатели Средневековья и Нового времени достаточно часто отождествляли славян) сообщает: «Антюрий поместил на носу корабля, на котором плыл, голову Буцефала, а на мачте — водрузил грифа» (Матерь Лада, М., 2003, с. 415). Антюрий считался легендарным предком ободритских князей, а Николай Марешалк Турий считал его соратником Александра Македонского.

Знаменитый конь прославленного греческого полководца звался Буцефалом (буквально «Бычьеголовым»), и с его помощью Турий объясняет возникновение сочетания бычьей головы и грифона в мекленбургском гербе. Понятно, что составителя «Анналов» отделяло от той эпохи более полутора тысяч лет и никаких славянских князей в войске Александра Македонского не было, в результате чего его можно было бы заподозрить в чистом вымысле. Однако имеющиеся геральдические материалы показывают, что грифон присутствует на гербах как отдельных западнославянских князей, так и западнославянских городов задолго до XV в. Быка и грифона мы уже видим на щите мекленбургского герцога Альбрехта II (1318–1379 гг.), грифонов мы видим на гербах Померании, Волегаста, Штеттина и Ростока в 1400 г., бык присутствует на щите Прибыслава II.

В свете приводимой Турием символики особый интерес представляет для нас герб города Голенова (2 фото ниже), на котором изображен корабль, мачта которого заменена деревом, на вершине которого сидит грифон. Первая печать с этим весьма любопытным городским гербом датируется 1268 г. (Bobowski B. Motywy gospodarcze na pieczeciach sredniowiecznych i wczesnonowozytnych Goleniowa // Najnowsze badania nad numizmatyka i sfragistyka Pomorza Zachodniego, Szczecin, 2004, s. 186, tab. 21–22), т. е. задолго до того, как Николай Марешалк Турий опубликовал свои «Анналы». Следовательно, этот автор лишь произвольно приурочил время действия родоначальника мекленбургской династии к одному из самых знаменитых персонажей античной истории, а при описании символики, помещенной им на корабль, следовал местной западнославянской традиции.

Печать города Голенова, конец XIII в. // Bobowski B. Motywy gospodarcze na pieczeciach sredniowiecznych i wczesnonowozytnych Goleniowa // Najnowsze badania nad numizmatyka i sfragistyka Pomorza Zachodniego, Szczecin, 2004

Герб города Голенова, XVI в. // Bobowski B. Motywy gospodarcze na pieczeciach sredniowiecznych i wczesnonowozytnych Goleniowa // Najnowsze badania nad numizmatyka i sfragistyka Pomorza Zachodniego, Szczecin, 2004

Сам город Голенов, находящийся недалеко от Щецина, впервые упоминается в письменных источниках в 1220 г., в 1268 г. ему жалуется магдебургское право, и сразу же он начинает использовать герб с рассмотренной символикой. Использование грифона в качестве элемента герба среди правящих родов в западнославянском мире также не ограничивается одной лишь мекленбургской династией. Известен польский дворянский герб Гриф (польск. Gryf), впервые упоминаемый в 1369 году и используемый 328 родами. Родоначальником фамилий этого герба считается Якса, сына короля Лешка III, жившего в X веке (Гриф (Герб) // http://ru.wikipedia.org/wiki).

Родоначальники западнославянских князей – современники Александра Македонского

Отнесение родоначальника западнославянских князей к эпохе Александра Македонского может быть объяснено двояко. С одной стороны, возможно влияние со стороны одной книжной легенды о происхождении германского племени саксов, которая относит их приход в Германию к этому же времени: «Предки наши, которые пришли в эту страну и изгнали тюрингов, были в войске Александра, с их помощью он покорил всю Азию. Когда же Александр преставился, они не посмели оставаться в той земле из-за ненависти к ним, и поплыли они на трехстах ладьях, и пропали они все, кроме пятидесяти четырех. Из них восемнадцать пришли к пруссам и сели там, двенадцать сели на Руйе (Рюгене); двадцать четыре пришли в землю сию. Так как их было не столь много, чтобы они могли обрабатывать землю, и так как они перебили и выгнали тюрингов-господ, то мужиков они не тронули и оставили им поля на том праве, какое и поныне у литов, оттого и пошли литы» (Средневековье в его памятниках, М., 1913, с. 290).

Легенда о даре Александра Македонского славянам

С другой стороны, именно в XV в. появляется легенда о «даре» Александра Македонского славянам. Суть легенды примерно та же: за доблесть и верность Александр на вечные времена пожаловал все земли от Италии и до крайних пределов Севера. Самый первый из известных на сегодняшний день текст грамоты о «даре» Александра датируется 1443 г. В качестве свидетелей этого состоявшегося дара в самом первом Брненском списке указан якобы самим Александром «наш знаменитый Аналектус, наш локотер, и другие 11 князей, которые, если мы умрем без потомства, будут наследовать нам и повелевать всем миром». Однако в хронологически втором Венском списке этого «дара», датируемом 1516 г., имя этого свидетельства звучит уже как Антилотус (Мыльников А. С. Картина славянского мира: взгляд из Восточной Европы. Этногенетические легенды, догадки, протогипотезы XVI — начала XVIII века, СПб, 2000, с. 49–52).

Имя Антюрия мекленбургской династической легенды имеет общий корень с именем Антилотуса Венского списка, причем этот корень перекликается с названием антов, одного из славянских племен Раннего Средневековья. Интересно и то, что оба персонажа самым непосредственным образом связаны с Александром Македонским.

На сегодняшний день с учетом изученности обеих памятников трудно однозначно сказать, являются ли эти факты случайными совпадениями, имело ли место влияние одного памятника на другой или же, что не исключено, составители обоих черпали свои сведения из какого-то общего источника.

Как образовался образ грифона

Сам мифологический образ грифона образовался в результате совмещения черт орла и льва. Если последний повсеместно считался царем зверей, то представление об орле как о царе птиц было также широко распространено. Таким образом, грифон естественно символизировал собой власть одновременно и на земле и в воздухе и в этом качестве соотносился с представлениями о верховной власти. Его отличительными чертами считались такие качества, как сила, ярость и беспощадность.

Некоторые исследователи предполагали, что его образ возник у хеттов в результате сложения племенных тотемов. Отмечается, что первоначально связанный с солярным культом грифон считался божеством или воплощением божества, а затем уже перешел в разряд служителей божества.

Роль грифона на Востоке и в Скифии

В древневосточных государствах грифон стал восприниматься в качестве охранителя обожествленного царя, превращаясь за счет этого в «верховный» государственный символ. Подобная роль на Востоке у этого мифического животного сохранялась весьма долго: «В парфянскую эпоху в сирийских областях грифон тесно связывался с солнечными богами. Фигуры грифонов отмечены в украшениях одеяний парфянских царей Орода I и Фраата IV (I в. до н. э.). Грифон изображался на обороте монет Фраата IV» (Пугаченкова Г. А. Грифон в античном и средневековом искусстве Средней Азии // СА, 1959, № 2, c. 76).

Как отмечают специалисты, у скифов и других кочевников образ этого мифического животного приближается по своему значению к восточному (Вагнер Г. К. Грифон во владимиро-суздальской фасадной архитектуре // СА, 1962, № 3, с. 82). В пользу этого говорят и стилистические особенности изображения грифона на золотых ножнах меча из Мельгуновского клада (Литой курган), представляющего собой один из наиболее ранних скифских курганов Северного Причерноморья. Особенности иконографии сближают орлиноголовых грифонов Литого кургана с грифонами на хеттских печатях и с бронзовым урартийским грифоном из Топрах-Кале (Погребова Н. И. Грифон в искусстве Северного Причерноморья в эпоху архаики // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. Вып. 22. 1948, с. 62).

Образ грифона заимствован скифами у греков?

Поскольку образ грифона отсутствует в предскифском горизонте древностей степей Евразии конца II — начала I тыс. до н. э., то, судя по всему, имело место заимствование скифами этого мифологического образа во время их переднеазиатских походов VII в. до н. э. или первых контактов с греко-ионийским миром (Канторович А. Р. Истоки и вариации образов грифона и грифоноподобных существ в раннескифском зверином стиле VII–VI вв. до н. э. // Археологический альманах, 2010, № 21, c. 195–197).

Грифон – символ царской власти

На связь грифона с царской властью у скифов указывает оставленное Геродотом описание дворца скифского царя Скила: «Был у царя в городе борисфенитов большой роскошный дворец, обнесенный стеною… Кругом стояли беломраморные сфинксы и грифоны» (Геродот. История, М., 1993, с. 207).

Следует отметить, что это первое известное нам описание скифского царского дворца. Интересна в этом отношении и скифская золотая диадема из Келермеса VII в. до н. э. (фото ниже). Она украшена спереди головой грифона, а с обруча свисают две цепочки с бараньими головками на концах. Бараны в иранской традиции зачастую служили обозначением фарна — мистической сущности, присущей правителям. В этом плане сочетание грифона с бараньими головами свидетельствует и о его связи с царской властью.

Скифская золотая диадема из Келермеса, VII в. до н. э. // Артамонов М. И. Сокровища скифских курганов в собрании Государственного Эрмитажа, Прага — Л., 1966

Грифон – символ Солнца

Кроме того, на Востоке грифон с глубокой древности считался символом Солнца. Так, Филострат, опираясь, по всей видимости, на сочинение древнегреческого автора Ктесия, утверждал, что в Индии эти животные считаются посвященными Солнцу (Helios); четверку грифов они запрягают в колесницу, на которую ставят изваяния, изображающие бога Солнце. Очевидно, что к этой же традиции восходят и слова Гелиодора об «упряжке грифов с поводьями из золотых цепей» (Пьянков И. В. Бактрийский гриф в античной литературе // История и культура народов Средней Азии (древность и Средние века), М., 1976, с. 20–21).

Появление образа грифона в Западной Европе

Хотя в античной традиции образ грифона особой популярностью не пользовался, однако впоследствии он присутствовал в искусстве Византии, Болгарии, Грузии и ряда других стран. В Западной Европе одним из наиболее ранних примеров использования грифона в геральдике является его изображение на щите Ричарда де Риверса, графа Экзетерского, в 1167 г. (Крупкина Д. Клюв, когти, крылья. Грифоны в истории и сказках // http://www.mirf.ru/Articles/art596.htm).

В древнегреческой литературе их образ встречается уже в трагедии Эсхила «Прометей Прикованный», в которой главный герой наставляет Ио: «Берегись остроклювых, безгласных псов Зевса, грифов и одноглазой конной рати аримаспов, которые живут у златоносного Плутонова потока» (Древняя Русь в свете зарубежных источников. Хрестоматия, т. 1, М., 2009, с. 28). Уже из этой ранней их характеристики вытекает связь грифонов с Зевсом, верховным божеством древнегреческой религии. Эти же животные запряжены в колесницу Немезиды — древнегреческой богини справедливости и возмездия (Тахо-Годи А. А. Немесида // Мифы народов мира, т. 2, М., 1991, с. 209).

Грифон – символ Гипербореи

Кроме того, в греческой традиции грифоны, как и живущие рядом с ними гипербореи, были связаны с Фебом-Аполлоном. Иногда Аполлон даже изображался на этом животном (фото ниже).

Аполлон на грифоне, древнегреческий килик, 380 г. до н. э. // http://sokrovischa.livejournal.com/1774.html

Изменение значения грифона в Западной Европе

Столетия спустя, в контексте совершенно иной религии грифон из-за своей двусоставной природы в позднем западноевропейском Средневековье являлся аллегорией двух естеств самого Иисуса Христа либо же единства духовной и светской власти папы римского (Аверинцев С. С. Христианская мифология // Мифы народов мира, т. 2, М., 1991, с. 602). Несмотря на смену религий, связь этого мифического животного с верховной властью в том или ином ее проявлении оставалась неизменной.

В средневековой Европе прослеживается и древняя традиция связи этого мифологического существа со справедливостью и порядком. Так, например, в 1271 году в Болонье было образовано «Общество Грифона», вооруженные члены которого охраняли общественный порядок в городе, а эмблема грифона была помещена на их знамени (htp://magicjournal.ru/grifon/).

Грифон превращается в дракона – врага человечества

Вместе с тем в католической Европе присутствует и негативная трактовка этого образа. Так, на печати одного польского князя середины XIII в. изображен химерический, с устрашающими чертами и сближенный с драконом грифоно-змей, которого поражает мечом рыцарь, а в немецком «Травнике» XV в. грифон выступает как враг человека (Вагнер Г. К. Грифон во владимиро-суздальской фасадной архитектуре // СА, 1962, № 3, с. 85). В свете подобных тенденций сохранение мекленбургской династией грифона в своем гербе выступает тем более примечательно.

Где появился образ грифона?

Специалисты до сих пор не пришли к единому мнению, где именно впервые у человечества возник образ грифона. В качестве места зарождения данного представления ими называются самые разнообразные места от Сирии до Алтая. Самым древним из известных на сегодняшний день изображением грифоноподобного существа, или протогрифона, является печать из города Сузы (совр. Иран – А.К.), датируемая IV тыс. до н. э. (фото ниже) (Канторович А. Р. Истоки и вариации образов грифона и грифоноподобных существ в раннескифском зверином стиле VII–VI вв. до н. э. // Археологический альманах, 2010, № 21, с. 195).

Изображение грифоноподобного существа на печати из Суз, IV тыс. до н. э. // Канторович А. Р. Истоки и вариации образов грифона и грифоноподобных существ в раннескифском зверином стиле VII–VI вв. до н. э. // Археологический альманах, 2010, № 21

Известен был этот образ искусству Древнего Египта, Ассирии и минойского Крита. Однако круг представлений, связанных с данным мифическим животным в древнейших восточных цивилизациях, реконструируется сейчас лишь в самых общих чертах. В этом плане несомненный интерес для нас представляют сведения о грифонах в античной традиции, в которой мы впервые находим развернутое описание связанных с ними мифов.

Стерегущие золото грифы, аримаспы и гипербореи

«Отец истории» передает нам полумифические следующие сведения, восходящие, судя по всему, к Аристею из Проконнеса (VII в. до н. э.): «На севере Европы, по-видимому, есть очень много золота. Как его там добывают, я также не могу определенно сказать. Согласно сказанию, его похищают у грифов одноглазые люди — аримаспы» (Геродот. История, М., 1993, с. 173). Следует отметить, что сам Геродот уже относился к существованию этих одноглазых людей достаточно скептически.

В другом месте своего труда он более подробно сообщает сведения об этой далекой окраине ойкумены: «Впрочем, Аристей, сын Каистробия из Проконнеса, в своей эпической поэме сообщает, как он, одержимый Фебом, прибыл к исседонам. По его рассказам, за исседонами обитают аримаспы — одноглазые люди; за аримаспамистерегущие золото грифы, а еще выше за ними — гипербореи на границе с морем. Все эти народы, кроме гипербореев, постоянно воюют с соседями (причем первыми начали войну аримаспы)» (там же, с. 190).

В третьем месте «отец истории» особо подчеркивает, что все эти сведения о северных народах доходят к грекам благодаря скифскому посредничеству, чем и объясняется скифское название аримаспов, поскольку «арима» у скифов значит единица, а «спу» — глаз.

Грифоны – проводники в Рай?

Следует отметить, что в фольклоре многих, в том числе и индоевропейских народов одноглазость служит признаком иного мира. Следовательно, и воюющие с аримаспами грифоны относились к иному, потустороннему миру. На основании исследования Н. Н. Погребовой искусства Северного Причерноморья в эпоху греческой колонизации Г. К. Вагнер констатировал: «Апотропеическое значение грифона состояло и в том, что он считается охранителем душ в загробном мире, а также проводником их в рай» (Вагнер Г. К. Грифон во владимиро-суздальской фасадной архитектуре // СА, 1962, № 3, с. 89).

В пользу подобного восприятия этих мифических животных в скифской культуре говорит и тот факт, что, по мнению археолога Б. Н. Мозолевского, навершия с изображениями грифонов из кургана Толстая Могила увенчивали хоругви или знамена, под которыми двигалась погребальная процессия.

Грифоны – стражи золота в Индии

Другую, более «рационалистическую» версию известий о грифонах, дает в своем сочинении «Индика» Ктесий (конец V — начало IV в. до н. э.): «Я узнаю, что гриф, это индийское животное — четвероногое, наподобие льва, когти имеет чрезвычайно сильные и притом также похожие на [когти] льва. Повествуют, что спина [его] покрыта перьями и цвет этих перьев — черный, а спереди, говорят, красный. Крылья же у него — ни того и ни другого [цвета], но белые. Шея, рассказывает Ктесий, у него украшена темно-синими перьями, клюв орлиный, голова такая, какую мастера рисуют или ваяют, глаза его, говорит, огненные. Гнезда вьет в горах. Взрослого [грифа] поймать невозможно, [поэтому] ловят птенцов. Бактрийцы, соседние с индийцами, рассказывают, что [грифы] в тех местах являются сторожами золота. Говорят, что они выкапывают его и сооружают из него гнезда, а осыпающееся [при этом] подбирают индийцы. Индийцы же, напротив, отрицают, что [грифы] являются сторожами этого золота, так как грифы не нуждаются в золоте (и мне, по крайней мере, кажется, что это правильно утверждают), но [индийцы] сами отправляются на сбор золота. [Грифы] же, обеспокоенные за своих птенцов, нападают на приближающихся. Они также вступают в борьбу и с другими живыми существами и легко одолевают их, кроме льва и слона, с которыми не могут бороться. Местные жители, опасаясь силы этих животных, отправляются собирать золото не днем, а ночью, так как тогда надеются лучше спрятаться. Область, где обитают грифы и находятся золотые рудники, — пустыннейшая. Поэтому желающие добыть металл, о котором идет речь, отправляются туда, снаряженные [всем необходимым], по тысяче и по две, приносят заступы и мешки и копают, дождавшись безлунной ночи. И если утаятся от грифов, то достигают двойной выгоды: и сами остаются живыми, и уносят домой ношу [золота]. Те, кто научился очищать золото, выплавляя его каким-то своим способом, приобретают себе путем этих опасностей огромные богатства. Если же окажутся схваченными — гибнут. Возвращаются оттуда, как я узнаю, через три или четыре года» (Пьянков И. В. Бактрийский гриф в античной литературе // История и культура народов Средней Азии (древность и Средние века), М., 1976, с. 19–20).

Промежуточный вывод

Не вдаваясь в весьма запутанный вопрос о локализации аримаспов на реальной географической карте Евразии, отметим главный момент — несмотря на знакомство с этим мифическим образом еще с минойской эпохи, грифоны устойчиво связывались древними греками с индоиранским миром. Действительно, образ грифона был достаточно широко распространен сначала в скифском, а затем и в сарматском искусстве и, соответственно, в религиозных представлениях. Интересно отметить, что аналогичным образом поступали и древние иудеи, приписывавшие эмблему грифона маздеистскому Ирану на том основании, что в основу его религии был положен принцип дуализма (htp://magicjournal.ru/grifon/).

Космогонический сюжет на хорезмийских флягах из Кой-Крылган-калы, IV–III веков до н. э // Рапопорт Ю. А. Космогонический сюжет на хорезмийских сосудах // Средняя Азия в древности и Средневековье. М., 1977

Источник

Продолжение

Оставить ответ

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Генерация пароля