Александр Мосякин. Ленинская доктрина «деколонизации России»

Давайте вспомним В.И. Ленина и его лозунг: «Россия – тюрьма народов». Исходя из этого лозунга: во-первых, нарезали границы союзных республик от балды, с чем мы сейчас имеем серьезнейшую проблему на Украине; во-вторых, началась одобряемая русофобия — вялотекущая, но тем не менее; в-третьих, рост этнического национализма, который оправдывался формулой, как тогда говорили: «Рост национального самосознания», и он привел ко многим проблемам сепаратизма.

Представления Маркса и Энгельса о Российской империи как о стоящей на пути прогресса «тюрьме народов», коих надо от великорусского гнета освободить и вернуть якобы закрепощенным народам отнятые у них земли, подхватил их верный ученик В. И. Ленин и сделал краеугольным камнем большевистской политики. В тезисах «Задачи революционной социал-демократии в европейской войне» (ПСС, том 26) в августе 1914 года он провозгласил:

«Наименьшим злом было бы поражение царской монархии и ее войск, угнетающих Польшу, Украину и целый ряд народов России и разжигающих национальную вражду для усиления гнета великорусов над другими национальностями и для укрепления реакционного и варварского правительства царской монархии».

И поставил задачу:

«Борьба с царской монархией и великорусским, панславистским шовинизмом и проповедь революции в России, а равно освобождения и самоопределения угнетенных Россией народов»^[23].

Летом 1915 года Ленин пишет программную работу «Социализм и война», где относит Российскую империю к числу рабовладельческих колониальных держав, угнетающих человечество, хотя ни колониальной, ни тем паче рабовладельческой Россия никогда не была.

Да, от века к веку Московское царство, а потом Российская империя геополитически расширялись и мирным, и военным путем, но ничего общего с западным колониализмом и рабовладением это не имело. Ленин это прекрасно знал и тем не менее называл Россию самой отсталой страной, а русскую монархию –– самым реакционным политическим строем на земле, что тоже не соответствовало действительности.

В работе «Социализм и война» Ленин выдвинул доктрину уничтожения исторической России

В этой работе Ленин выдвинул доктрину уничтожения исторической России ^[24], которую изложил и в книге «Империализм, как высшая стадия капитализма»^[25]. Он разделил территорию исторической России на «метрополию» и «колонии»: из 22,8 млн кв. км территории Российской империи, к «метрополии» Ленин отнес лишь 5,4 млн, а остальные 17,4 млн причислил к «колониям»^[26]. То есть территорию России Ленин ограничил Русской равниной («Московией»), всё остальное – это русские «колонии», которые нужно от «русского ига» освободить.

Ленин пишет:

«Нигде в мире нет такого угнетения большинства населения страны, как в России: великороссы составляют только 43% населения, т.е. менее половины, а все остальные бесправны, как инородцы. Из 170 миллионов населения России около 100 миллионов угнетены и бесправны. Царизм ведет войну для захвата Галиции и окончательного придушения свободы украинцев, для захвата Армении, Константинополя и т.д.

Теперь на двух великороссов в России приходится от двух до трех бесправных “инородцев”: посредством войны царизм стремится увеличить количество угнетаемых Россией наций, упрочить их угнетение и тем подорвать борьбу за свободу и самих великороссов.

Возможность угнетать и грабить чужие народы укрепляет экономический застой, ибо вместо развития производительных сил источником доходов является нередко полуфеодальная эксплуатация “инородцев”. Таким образом со стороны России война отличается сугубой реакционностью и противоосвободительным характером»^[27].

Россия и русский народ в глазах большевистского вождя предстают грабителями и угнетателями сонма «бесправных инородцев», хотя они составляли более половины правящей элиты Российской империи, а национальные окраины пользовались особыми привилегиями, в отличие от европейских колониальных держав, нещадно грабивших свои колонии. Но Ленин этого в упор не видит, зато видит «варварский гнет великороссов», из-под которого народы Российской империи надо освободить, а саму империю развалить.

Ленин вернулся в Россию в опломбированном вагоне

Вернувшись из эмиграции в Петроград, Ленин заявил на 7-й партийной конференции в конце апреля 1917 года:

«Почему мы, великороссы, угнетающие большее число наций, чем какой-либо другой народ (?! – А. М.), должны отказаться от признания права на отделение Польши, Украины, Финляндии? <…> Мы к сепаратистскому движению равнодушны, нейтральны. Если Финляндия, если Польша, Украина отделятся от России, в этом ничего худого нет. Что тут худого? Кто это скажет, тот шовинист»^[28].

А выступая в декабре 1917 года на 1-м съезде военного флота, Ленин изрек:

«Нам говорят, что Россия раздробится, распадется на отдельные республики, но нам нечего бояться этого. Сколько бы ни было самостоятельных республик, мы этого страшиться не станем. Для нас важно не то, где проходит государственная граница, а то, чтобы сохранялся союз между трудящимися всех наций для борьбы с буржуазией каких угодно наций»^[29].

Вот она, ленинская доктрина уничтожения России во всей красе!

Интересы мирового социализма

Важно знать: до Октябрьской революции ни одна из территорий, входивших в состав Российской империи и объявивших о стремлении к независимости, не получила признания со стороны центральной российской власти. Даже Временное правительство во главе с А. Ф. Керенским не решилось на такой шаг, вверив судьбу России и ее национальных окраин Всероссийскому Учредительному собранию.

Ленин выступает с апрельскими тезисами

Зато большевики, захватив власть, стали сразу признавать независимость отколовшихся от России территорий, подведя под это юридическую базу. 2(15) ноября 1917 года Совнарком РСФСР принял ленинскую «Декларацию прав народов России», где говорилось:

«Исполняя волю этих Съездов [рабочих и солдатских депутатов], Совет народных комиссаров решил положить в основу своей деятельности по вопросу о национальностях в России следующие начала:

Равенство и суверенность народов России.
Право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.
Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений.
Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России»^[30].

«Интересы мирового социализма выше интересов национальных, выше интересов государства», – заявил Ленин в 1918 году

Второй пункт ленинской декларации повторяет внесенный Марксом 9-й пункт программы I Интернационала об уничтожении России через ее развал «на основе применения принципа права наций на самоопределение».

Ссылаясь на этот пункт ленинской декларации, большевики начали признавать независимость всех отделявшихся от исторической России «национальных» территорий. Первой в декабре 1917 года они признали независимость Финляндии; за ней последовали Украина, Прибалтика, Кавказ и далее по списку. К весне 1918 года, как признал сам Ленин, «от России ничего не осталось, кроме Великороссии», и пояснил позицию большевиков:

«Мы защищаем не великодержавность…, не национальные интересы, мы утверждаем, что интересы социализма, интересы мирового социализма выше интересов национальных, выше интересов государства»^[31].

Ход исторических событий в мире и Гражданской войны в России изменили взгляды Ленина и его окружения. Поняв, что в одиночку их раздавят, большевики стали создавать на пространствах Российской империи «для борьбы с мировым империализмом» союз государств нового типа.

В июне 1919 года появился первый проект создания Союза советских социалистических республик Европы и Азии в составе шести провозглашенных тогда советских республик России, Украины, Белоруссии, Латвии, Литвы и Крыма ^[32]. Ему не суждено было сбыться, но по его лекалам в декабре 1922 года был создан Советский Союз.

Плакат с требованием создания 3-го Интернационала. Июль 1917 г.

По замыслу Ленина и ленинцев, создавался этот союз, к которому будут добровольно присоединяться новые члены, на века. Для этих целей весной 1919 года был создан Третий Коммунистический интернационал (Коминтерн). Выступая с речью на учредительном съезде, Ленин так определил его назначение:

«Коммунистический интернационал – это Союз рабочих всего мира, стремящихся к установлению Советской власти во всех странах»^[33].

А в манифесте Коминтерна торжественно объявлялось:

«Коммунистический интернационал есть партия революционного восстания международного пролетариата. <…> Дело Советской России Коммунистический интернационал объявил своим делом. Международный пролетариат не вложит меча в ножны до тех пор, пока Советская Россия не включится звеном в федерацию Советских республик всего Мира»»^[34].

Эта идея была иконографически закреплена в гербе Советского Союза, где изображен серп и молот на фоне земного шара, а в гимне Коминтерна рефреном звучали такие слова:

«Да здравствует Всемирный Советский Союз».

Завораживающая идея (как и весь революционный марксизм) была утопической, ибо никакого всемирного Союза ССР быть не могло. Но проблема состояла в том, что созданный на месте Российской империи Советский Союз, административно-государственное устройство которого было основано на идее Маркса о развале исторической России «на основе принципа права наций на самоопределение», тоже был исторически обречен.

Потому что марксистская идеологема, закрепленная во 2-й пункте ленинской «Декларации прав народов России», была внесена во все советские конституции (1924, 1936 и 1977 гг.) и явилась бомбой, заложенной Марксом и Лениным под Советский Союз. Эта бомба, при участии прогнившей верхушки КПСС, развалила «Союз нерушимый» на части по проведенным большевиками границам «братских» республик, имевшим конституционное право свободного выхода из СССР.

Пропаганда — главное оружие Ленина

Большевики-ленинцы по-своему европеизировали Россию, создав вместо единого геополитического пространства Российской империи, где было два национально-государственных образования (Царство Польское и Великое княжество Финляндское), лоскутное одеяло национальных республик, областей, округов, «главные» из которых могли свободно «самоопределяться», хотя русские в этих республиках такого права были лишены.

В итоге внешне унитарный Советский Союз превратился в инкубатор по выращиванию политических наций и государств, и когда инкубационный период подошел к концу, взращенные советской властью националистические элиты вывели свои республики из «братского» Союза ССР, чему способствовало предательство верхушкой КПСС своей страны.

Так русофобская идея Маркса и Энгельса о развале исторической России через самоопределение населяющих ее народов, воплощенная Лениным, сыграла роковую роль в судьбе созданного большевистским вождем Советского государства, дав юридическую базу для его развала.

Ленин, будучи верным учеником Маркса и Энгельса, как и они, ненавидел Российскую империю и был отъявленным русофобом

Ленин, будучи верным учеником Маркса и Энгельса, как и они, ненавидел Российскую империю и был отъявленным русофобом. Среди всех народов, населявших историческую Россию, Ленин негативно выделял великороссов и называл русских людей «рабами», «хамами», «холуями», «держимордами», «подлецами и насильниками» и даже «великорусской швалью». Ни к одному другому народу или его представителям он подобных «эпитетов» не применял.

Венцом агрессивной русофобии Ленина является его письмо В. М. Молотову от 19 марта 1922 года насчет изъятия церковных ценностей якобы для помощи голодающим, хотя Русская Православная Церковь сама собрала для этого больше ценностей, чем изъяли у нее большевики. Но Ленин воспользовался моментом, чтобы ударить по Православной Церкви, которая на протяжении тысячи лет была духовной скрепой русского народа. В своем письме, полном ненависти к РПЦ, Ленин писал:

«На съезде партии устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКЮ и Ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности, самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть проведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше»^[35].

Письмо В. М. Молотову для членов Политбюро от 19 марта 1922 г.

Эта акция имела не гуманитарную, а сугубо политическую подоплеку с целью дискредитировать Русскую Православную Церковь в глазах русского народа и подорвать ее влияние. Ничего из изъятых большевиками церковных ценностей на помощь голодающим не пошло.

Церковное серебро употребили на чеканку советских серебряных рублей при денежной реформе начала 1920-х годов, а всё остальное было распродано за границей, в основном, для финансирования мировой революции. Помощь людям, умиравшим от голода, оказывали международные гуманитарные организации, прежде всего, Американская организация помощи (АРА).

Русофобия Ленина – тема большая и особая. О ней фрагментарно писали, она достаточно полно освещена в книге автора этих строк ^[36], где, помимо прочего, впервые приведены факсимиле документы германского МИДа о предательстве Лениным России в годы Первой мировой войны и финансировании Ленина и его партии (тогда фракции РСДРП) германским правительством ^[37].

Осенью 1914 года на диспуте российских социал-демократов в Берне Ленин заявил: «Мы, великороссы… способны только угнетать чужие народы; Россию следует ампутировать до Киева, Одессы, Риги и Либавы»^[38], то есть оторвать от Балтийского и Чёрного моря, чем шокировал всех присутствовавших.

Но это перепев статьи Энгельса «Европейская война», и именно так Ленин Россию «ампутировал». Ленинская русофобия имеет глубоко личные и идейные причины, и понять ее, не учитывая русофобскую идеологию Маркса и Энгельса, невозможно. А всё вышесказанное позволяет сделать определенные выводы.

Раздумья у каменной глыбы с Марксом

Антироссийская и русофобская идеология Маркса и Энгельса органично вписывается во многовековую европейскую традицию ненависти к русскому народу и боязни России, переходящую порой в паранойю. Одной из глубинных причин европейской русофобии является тот факт, что отличить русских от других европейских народов невозможно, мы принадлежим к одной европеоидной расе.

Но по своему мировоззрению, характеру и способу бытия мы – другие, что во многом объясняется огромными географическими пространствами России. Отсюда отторжение нас европейцами и в то же время желание сделать нас такими же, как они, любым путем. Ничего не получается, это бесит европейцев и порождает ненависть к нам и «руссо-боязнь».

Другим червём, точащим европейскую душу, является их зависть к нашим географическим размерам и природным богатствам, которые они сотни лет пытаются захватить. Сплав ненависти, зависти, высокомерия (это изнанка рожденного завистью комплекса неполноценности) и боязни рождает европейскую русофобию, подогреваемую разными политическими и историческим обстоятельствами.

Маркс и Энгельс, будучи европейскими славяно-и русофобами, воспринимали Россию сквозь призму европейских (прежде всего, германских) интересов и видели в ней преграду для осуществления революций в Европе, а через них – своих глобалистских утопий.

Отсюда их «классовая» ненависть к России, славянам и русским. Энгельс писал, что «ненависть к русским была и остается у немцев их первой революционной страстью». Это относится и к самому Энгельсу, считавшему всех славян (кроме поляков) «контрреволюционными нациями», которые должны исчезнуть с лица земли.

Маркс и Энгельс, как мыслители Запада, выдвинувшие коммунистическую доктрину переустройства мира под эгидой передовых западных государств по принципу «центр – периферия», видели в России периферийную враждебную «варварскую страну», мешающую прогрессу человечества (европейским революциям), которую вместе с русским народом нужно уничтожить, ведя с Россией и славянством «борьбу не на жизнь, а на смерть» методами «самого решительного терроризма».

Иначе говоря, они призывали к геноциду славян. В этом смысле славяно- и русофобская идеология Маркса и Энгельса стыкуется идеологией европейского расизма и гитлеровского нацизма. Нужно отчетливо сознавать, что Маркс, Энгельс, де Гобино, Хьюстон Чемберлен, Альфред Розенберг и иже с ними, – одного европейского поля ягоды.

Мировоззрение этих людей было разным, но все они одинаково относились к России и русским (как и нынешние евро-русофобы). Их мракобесная русофобия чужда и враждебна нам. И если Маркс и Энгельс считали славян и русских своими врагами, то к ним нужно относиться точно так же и так же воспринимать.

В советские времена марксизм-ленинизм был священной коровой и идейным базисом советской идеологии и Советского государства. Ни один человек (даже Сталин) не мог подвергнуть критике это вероучение, занесенное к нам из Европы. В лучшем случае его «творчески» осмысляли. Но коммунистическая идеология в ее изначальном обличии давно мертва, а построенное на ней государство кануло в Лету.

Одно из многочисленных выступлений Ленина

А мы до сих пор не подвергли критическому анализу марксизм-ленинизм в его российско-русском контексте, и не ответили на вопрос: как эта идеология соотносится с нашей нынешней жизнью и концепцией русского мира?

Как из-за этой идеологии и национальной политики большевиков историческая Россия ужалась, как шагреневая кожа, до геополитического обрубка под аббревиатурой РСФСР, и после развала СССР оказалась отброшенной на западной границе в начало XVI века, а русский народ стал самым разделенным народом в мире? Выступая 18 марта 2021 года по случаю седьмой годовщины воссоединения Крыма и Севастополя с Россией, президент Российской Федерации В. В. Путин сказал:

«В 20-е годы прошлого века большевики, формируя Советский Союз, по каким-то причинам, непонятным до сих пор, передали значительные территории, геополитические пространства в адрес квазигосударственных образований. А потом, развалившись сами, развалив свою партию изнутри, развалив Советский Союз, привели к тому, что Россия утратила колоссальные территории и геополитические пространства»^[39].

За годы советской власти историческая Россия потеряла 5 миллионов квадратных километров территории, оторванной в пользу «братских» республик. Может, пора разобраться в идейной подоплеке этой геополитической и цивилизационной катастрофы, за которую мы платим страшную цену, возвращая с большой кровью исконно русские земли Донбасса и Новороссии, когда-то оторванные от России марксистом Лениным и его преемниками? И еще будем платить.

Нынешние коммунисты делают вид, что они тут ни при чем, как будто это сделали меньшевики или эсеры. Но это сделали большевики-ленинцы, и их преемники – нынешние коммунисты – должны либо дать принципиальную оценку деяниям своих предшественников, либо нести за это моральную и политическую ответственность перед российским народом.

Памятник Карлу Марксу на Театральной площади в Москве напротив Большого театра.

И еще одно, наболевшее. 22 июня – в День всенародной памяти и скорби по жертвам ведомого Германией европейского нашествия на нашу страну – российские коммунисты во главе со своим вожаком с развернутыми знаменами ходят к глыбообразному монументу Маркса напротив Большого театра, чтобы почтить память человека, который вместе со своим другом Энгельсом считал, что русские люди не славяне, а помесь монгольских и финских племен, «московитские варвары» и враги европейских революций, которых нужно уничтожать.

Почему наши города и веси полны памятных знаков двум европейским боровам, ненавидевшим Россию и призывавшим нас убивать?

Хочу спросить коммунистов: вы сочинения Маркса и Энгельса читали? Читали, что они пишут про славян, Россию и русский народ? Если не читали – прочтите, а если читали (ведь это ваш катехизис!), то зачем ходите на поклон к их идолам, да еще 22 июня? Впрочем, понять это можно. Коммунизм давно превратился из идеологии в неоязыческую политическую религию со всей присущей ей атрибутикой, к которой относится поклонение идолам.

Язычник не может отказаться от своих идолов, даже если они его унижают, топчут и распинают. Отказ от идолов означает отказ от своей религии, поэтому коммунисты так пекутся о своих «перунах», коими заставлены все города и веси России. Сотни улиц, площадей и станций метро были названы в их честь. Коммунисты кланялись и будут кланяться своим богам.

Пусть кланяются. Но коммунисты – не русские, я имею в виду не «кровь и почву», а коммунистическую идеологию, она не национальная, а классовая. В полном собрании сочинений Ленина слова о национальных интересах России отсутствуют вообще! Но мы в подавляющем большинстве не коммунисты.

Многонациональный российский народ, переболев занесенной из Европы болезнью, отверг коммунистическую утопию и вернулся к своей исконной вере и ценностям, а коммунисты составляют незначительное меньшинство. Это гнилая партия мертвой идеи. Но почему тогда наши города и веси полны памятных знаков двум европейским боровам, ненавидевшим Россию и призывавшим нас убивать?

Они нас презирали и топтали, а мы их почитаем. Мы что, народ мазохистов? Конечно, нет. Тогда зачем нам этот европейский хлам, оскорбляющий наше национальное сознание и достоинство? Не пора ли выбросить его из нашей жизни? Не сразу, постепенно, но это нужно сделать. Надо очищать русскую душу от чуждых нам европейских «ценностей» и немецких идолов. В России их быть не должно, по крайней мере, в таком количестве.

Александр Мосякин

12 декабря 2025 г.

^[23] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 26. С. 6–7.

^[24] Здесь и далее имеется в виду территория Российской империи до 1917 г.

^[25] См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 27. С. 373-385.

^[26] Там же. Т. 26. С. 314.

^[27] Там же. С. 318.

^[28] Там же. Т. 31. С. 433, 435.

^[29] Там же. Т. 35. С. 115.

^[30] Известия Центрального Исполнительного Комитета и Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. № 215. 3 (16) ноября 1917 г.

^[31] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 341–342.

^[32] См.: Ключников Ю. В., Сабанин А. В. Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях. Ч. II. М.: Литиздат НКИД, 1926. С. 253–254.

^[33] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 38. С. 230.

^[34] Коммунистический Интернационал в документах: Решения, тезисы и воззвания конгрессов Коминтерна и пленумов ИККИ. 1919–1932 / Под ред. Б. Куна. М.: Партиздат, 1933. С. 152.

^[35] Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС (ныне РГАСПИ). Ф. 2. Оп. 1. Д. 22947; факсимильную копию подлинника письма см.: Мосякин А. Г. Ленин и революция… С. 281–285.

^[36] См.: Мосякин А. Г. Ленин и революция. Диктатура пролетариата и русофобия. М.: Вече. 2024.

^[37] Эти документы после Второй мировой войны хранились в Национальном архиве Великобритании в Лондоне, но сейчас переданы в Бундесархив ФРГ. Они были опубликованы на английском языке британским историком чешского происхождения З. Земаном (Zeman, Z. A. Germany and the Revolution in Russia. 1915–1918. Documents from the Archives of the German Foreign Ministry. London: Oxford University Press; New York; Toronto, 1958). Их подлинность никто не опроверг. На Западе они хорошо известны, но в СССР, да и в нынешней России, их упорно замалчивают, хотя русские переводы книги Земана существуют. Автор в упомянутой книге впервые опубликовал некоторые факсимильные копии этих документов на немецком языке.

^[38] См.: Мосякин А. Г. Ленин и революция… С. 10 (со ссылкой на первоисточник).

^[39] Цит. по: Булкина Е. Путин: «Возвращение Крыма – это не только восстановление исторической справедливости» // https://vz.ru/news/2021/3/18/1090169.html.

Источник

Публикация на Тelegra.ph

Подписывайтесь нa наш телеграм-канал @history_eco https://t.me/history_eco

См. еще: